Император Пурпурных Небес. Том Первый

- Это никак не сравнится с жизнью моего сына, но раз ты такой непреклонный, тогда я просто буду считать, что остался у тебя в долгу.

- Как пожелаете, Патриарх Ли. – Ответил Мо Цзытянь.

Пока они разговаривали, Сяосю подошла и встала позади него как прилежная служанка.

Мо Цзытяню это не нравилось, но он ничего не мог с этим поделать. Пока они шли сюда, зная его отношение к подобному, Сяосю настоятельно попросила не устраивать сцен сродни той которая развернулась в Торговой Палате Трёх Лун, когда он попросил принести для неё стул.

Всё-таки в данный момент они находились в клане Ли, а не где-либо снаружи, и её статус как служанки в клане Ли не позволял ей сидеть вместе со старейшинами ни при каких обстоятельствах.

Иначе ситуация стала бы неудобной для каждого из здесь присутствующих, существовали правила внутрикланового старшинства и иерархии, которые должны были соблюдаться без исключений, в противном случае это могло бы привести к неприятным последствиям.

Мо Цзытянь не глуп и понимает всё это, по этой причине он не стал с ней спорить, однако всё ещё был приятно удивлен тем, что при всём при этом она действительно осталась рядом с ним, а не пошла искать себе место где-то на трибунах.

Ей для этого явно требовалось немалое количество храбрости, ведь даже просто стоять здесь служанке не являлось позволительны. Он знал что она сделала это для него, оставаясь здесь с ним она могла бы быстро отреагировать если бы ему вдруг что-то понадобилось.

Естественно это заметили и остальные, Патриарх Ли лишь слегка улыбнулся, никто не знал о чем он думает, но изредка он бросал взгляды на лежавшего в объятиях Мо Цзытяня чёрного кота.

Другие старейшины были не очень довольны тем что здесь присутствовала служанка, но не потому что они чувствовали будто её пребывание здесь понижает их статус, а потому что они могли бы обсуждать здесь некоторые деликатные темы, в которые не хотелось бы посвящать лишние уши, но в пользу лица Мо Цзытяня они ничего не стали говорить.

Среди семи старейшин, кроме Ли Синя в его сороковых и относительно молодой женщины в её тридцатых, все остальные были почтенного возраста. Одна из старейшин и вовсе была сморщенной старухой, казалось приближающейся к своему столетнему юбилею. Глядя на неё Мо Цзытянь подумал о том, что даже на пороге смерти, Мо Цанхай проживший больше десяти лет в Каньоне Бессилия все ещё выглядел лучше.