Поле глициний

Императором при Сиракаве был его внук Тоба. Старик отдал ему в жены свою воспитанницу. Ни от кого не было тайной, что императрица Сисё была любовницей Сиракавы, и сын ее Сутоку был зачат от него. Старому негодяю было не впервой подкидывать своих выродков в чужие семьи, одним из таких, поговаривали, был и Тайра Киёмори.

Тоба не был слеп и глух. И возненавидел Сутоку. К тому времени, как Сиракава умер, а Сутоку стал императором, новый император-инок Тоба провернул свою интригу. Он убедил Сутоку отречься от престола в пользу своего сына-младенца.

Но когда тот последовал совету, Тоба устроил так, чтоб наследником избрали его собственного сына Коноэ, рожденного другой женой. Сутоку был в ярости, но ничего не мог сделать.

В это время при дворе появился молодой Ёринага. Тогда его еще не называли Аку Сафу, но сравнивали его с царственным пионом, так он был красив. Настолько красив, что Тоба, который и до того, и после в постели предпочитал женщин, не устоял. И началось возвышение Ёринаги.

Тому недостаточно было оставаться лишь фаворитом императора – иначе он до сих пор был бы жив.

Нет, он хотел стать одним из великих министров прошлого, какими были Фудзивара минувших веков. Реформатором, да, во имя всех домов преисподней!

К тому времени, когда Синдзэй появился при дворе, Ёринага занимал одну из высших должностей в государстве- садайдзина, левого министра. Ему было под тридцать, он давно уже не был любовником Тобы. Ему это и не было нужно – так он понимал. Помимо стареющего императора -инока, в стране были и другие императоры.

Ёринага постарался обеспечить себе поддержку и здесь – он породнился с Сутоку, женившись на его свояченице, а дочь свою отдал за малолетнего Коноэ. Все это должно было обеспечить ему в дальнейшем незыблемую власть и возможность продвигать свои реформы. Если бы худшим врагом Ёринаги не был он сам.

С юных лет восхваляемый, он привык всех превосходить – умом, знатностью, красотой, и был невыносимо горд и надменен, на окружающих смотрел как на пыль под копытами вола, влекущего его карету.

Само собой, окружающие стали платить ем враждебностью. Со временем Ёринагу не называли иначе как Аку Сафу, Злой левый министр. Тот об этом знал, но презирал противников. Нужно быть глупцом, чтоб не воспользоваться этим. Синдзэй глупцом не был.

Императором звался Коноэ, но власть по-прежнему была у императора-инока, Тобы. Несколько лет ушло у Синдзэя, на то, чтоб сделаться для Тобы незаменимым. Тот старел, хворал, но по-прежнему был сластолюбив.