Бес сознания

Как только гаснет табличка с активацией задания, темное пространство рассеивается, и я постепенно начинаю видеть, слышать, а теперь еще и чувствовать запахи.

Здесь пахнет сыростью. Слышится эхо от негромких мужских разговоров. Когда зрение полностью проясняется, я могу наконец осмотреться.

Я на каком-то заброшенном заводе. Огромное помещение, грязные частично побитые стекла плохо пропускают свет. Вдоль стен высятся толстые ржавые металлические трубы, где-то под крышей чирикают птицы. Впереди большие распахнутые ворота, за ними улица, дорога, и еще какие-то заброшенные помещения.

Мой подопечный здесь не один. Со мной еще двое мужчин. Вид у них как у братков из девяностых. Разве что спортивных костюмов и золотых цепей не хватает.

Один постарше и пониже в джинсовой кепке и кожаной куртке косухе, он кажется раздражённым, крутит на пальце ключи от машины, жует зубочистку. На жилистой шее у него висит серебристый амулет с изображением изломанной трижды молнии, на поясе замечаю кобуру с пистолетом.

Второй моложе, на голову выше первого, такой здоровый бритоголовый крепыш. Морда у него весьма угрожающая: взгляд набыченный, словно он все время в ярости, тяжелая челюсть стиснута так, что на шее проступают вены. При нем тоже имеется пистолет.

Своего подопечного рассмотреть не слишком получается. Лишь изредка удается увидеть тяжелые ботинки-берцы и рассмотреть то, что он в джинсовке в отличие от своих товарищей в косухах.

Вид у ребят весьма напряжённый, суровый. Они явно чего-то ждут.

Мой подопечный оборачивается, позади нас вижу черный тонированный джип. На серебристой решетке радиатора надпись: «ЛУАЗ». Обалдеть. Выглядит даже более чем прилично, я сначала было решаю, что передо мной какой-нибудь Land Rover, пока не вижу эмблему отечественного автопрома.

— Опаздывают, суки, — говорит тот, что в кепке, нервозно перекатывая в зубах зубочистку. — Говорил Кузьмичу, что пора завязывать иметь дела с Казачинскими. Эти сволочи явно когда-нибудь свинью нам подложат.

Говорящий здесь явно главный, потому что стоит посередине, а еще у него ключи от внедорожника.

— Бабабевские такого же герасима делают, — нерешительно говорит мой подопечный, — может, даже и лучше. Я бы мог их поднапрячь. Если бы спрос был, они бы и делали больше. К тому же у меня там все подвязано, я же сам из Бабаевской.

— А поручиться ты бы за них мог, Вова? Так, чтобы прямо головой своей? — товарищ в кепке окидывает подопечного придирчивым взглядом.