Виашерон 9. Перо Демиурга, Том II

Усилить ментальную защиту, дарованную Старшим Разумом. Та неосязаемая мышца, которая позволяла ей телепатически общаться, а также оберегала от подчинения. Её единственная надежда.

Энергия в животе девушки забурлила и полноводной рекой хлынула к этому мускулу. Подпитывая и заставляя напрягаться изо всех сил. Голод почти мгновенно вернулся, и багровая пелена застелила ей глаза.

Фурия держалась.

Она смотрела на высокую фигуру, замершую в нескольких шагах от неё, голодным взглядом. Не ощутила, как её зубы вновь обратились двойным рядом клыков.

Капли слюны бежали по губам орчанки и стекали на доспехи. Она еле слышно рычала, пригибаясь к земле, но не двигалась. Сама не понимала почему, ведь жертва не пыталась бежать. Вот она. Атакуй. Убей. Сожри. Сожри!

То зерно, что всегда удерживало девушку на плаву, отказывалось сдаваться и в этот раз. Если не ради себя, то ради них. Ментальная защита пульсировала под бешеным напором ненасытной пустоты, трещала, но держалась.

Сквозь дурман Аврора видела, что маска на лице добычи стала прозрачной, а его глаза излучали… не страх? Любовь? Он что-то повторял, но звуки никак не складывались в слова.

— …***! **********! ****вишься! Ты справишься! — наконец, пустое сотрясение воздуха прозвучало почти осмысленно.

С кем справится? Или с чем?

Нестерпимый голод мешал трезво мыслить. Он становился всё сильнее, подтачивая её волю. Ей хотелось сдаться. Боже, как ей хотелось просто сдаться. Отступить. Опустить руки. Пускай только пустота заполнится чем-нибудь. Хоть чем-нибудь!!

К несмолкающему существу перед ней присоединился ещё один голос.

Внутри неё.

«Я верю в тебя, цыплёнок! Я знаю, что ты справишься!»

Фурия оторвала взгляд от добычи и посмотрела на свои собственные ладони. Перчатка исчезла в мгновение ока, открывая доступ к аппетитному мясу. Девушка вложила пальцы к себе в рот. Осталось только сомкнуть челюсти, и тёплая кровь побежит по пищеводу и заполнит пустоту. Горячая плоть уймёт голод.

Орчанка упала на колени.

На каком-то уровне она знала, что это будет окончательный проигрыш.

Безоговорочная капитуляция. Она признается в собственном бессилии перед ненасытной пустотой, что хотела поглотить и её, и весь мир в придачу.

Вот только есть одна вещь, которую любой подтвердил бы об Авроре.

Она не умела сдаваться.

К двум голосам добавился третий. Сама пустота заговорила с ней, с лёгкостью пробив помутнённый рассудок.

«Почему ты не сдаёшься? Просто укуси».

Челюсти устремились навстречу друг другу.

Ради них.