Последний реанорец. Том III

– Жалкое зрелище, тварь! – сплюнул весело я густую кровь на зелёную траву, оскалившись во все тридцать два зуба, рывком оказавшись на ногах. – Моя голова принадлежит лишь мне! Запомни это, пёс!

Джады раскалились докрасна, а реанорская честь готовилась вступить в смертельную схватку.

Всего за мгновения, волна едкого песка разошлась во все стороны от противника, и пытаясь меня ослепить тот оказался совсем рядом и уже намеревался разразиться серией жалящих выпадов, но боковым зрением я успел заметить край тёмной формы жандармерии, и спустя мельчающую долю вдоха, противника, будто кусок мяса, пригвоздил к земле тонким земляным шипом спикировавший откуда-то сверху Решетников, и моего несостоявшегося убивца даже песчаный щит не спас.

– Вы не так просты, Сергей Петрович, – хищно улыбнулся я, глядя на свежее тело, что превратилось в кусок пришпиленных ошмётков плоти.

А следом из бурелома кустарника вывалился воспламенившийся Белосельцев и, завидев обильно пляшущие по-моему телу разряды алой молнии и наэлектризовавшиеся до предела джады расплылся в радостной ухмылке.

– Я и не знал, что юный наследник уже так легко призывает свою родовую силу и держит её в балансе с духом, – взволнованным тоном пробасил мужик, да и сам Решетников со скрытым интересом наблюдал за моей боевой трансформацией, лишь не подавал виду.

Через мгновенье на небольшую полянку вывались и бойцы Осокиных в полном составе, мельтеша за спиной своего начальника. Со стороны же Решетникова выскочили взъерошенный Федотов и вечно улыбчивый Кочкин, а уже за ними спешили и все мои ветераны в полном сборе, лишь только Лёня был бледноват, да слегка прихрамывал, но в остальном был цел, причем с улыбкой до ушей тащил на своей спине сумки с деньгами.

Слава Бездне, живые. Похоже, в этой схватке силы были неравны. Кострова следовало бы наказать, но тот спасал самое ценное.

– Надо же, Захар Александрович, умеете вы удивлять. Как я и говорил, не успели добраться до города, а уже подняли влиятельный тёмный клан на уши. К тому же за вами послали литого в ранге магистра и трёх не слабых одарённых, даже засаду устроили, – спокойным тоном провозгласил Решетников, рассеивая свой земляной шип, а затем, наклонившись над трупом, стал проводить какие-то манипуляции с одеждой убитого, распоров тому часть брони.