Шаг в сторону

— Ну а что, мы хотим знать, что происходит! — с вызовом заявила Итина, прервав воцарившуюся тишину. — И имеем право, раз уж мы все, как Орт выразился, «вляпались».

— Я здесь не помощник, — вздохнул Марк. — Сам понятия не имею, что происходит. Какие-то конкретные вопросы есть?

— Что такое «перекрёсток»? — аккуратно спросила Азира. — Раз Димир хотел его убить, и раз он, как выяснилось, в короне…

— Это рен, — почти с утвердительной интонацией произнёс Ильдан.

Марк бросил быстрый взгляд на наставницу.

Та пожала плечами. Что ж, ему уже тоже надоело выкручиваться.

— Это существо, которое — в теории — должно восстановить в мире равновесие, — осторожно подбирая слова, начал он объяснять. — Они появляются, когда начинаются опасные события, вроде нашей сегодняшней войны. Считается, что они — средоточие воли мироздания, её инструмент. Считается, что побеждает та сторона, которую выберет перекрёсток. Но…

Он умолк, не зная, как продолжить. Бросил сердитый взгляд на наставницу, но та упрямо молчала.

Словно её это всё и вовсе не касалось…

Тоня нервно хихикнула. Скептически приподнятые брови Азиры тоже говорили о многом.

— Вы спросили — я ответил, — проворчал Марк. — Можете не верить. Наверное, так даже будет лучше.

— Но он ведь в короне, — робко вмешалась Камайла. — Перекрёсток. Он у нас? Значит, он на нашей стороне? Или…

— Не всё так просто, — буркнул Марк.

В сознание непрошенно ворвались яркие, красочные картинки, смешанные со звуками, запахами и безоблачным детским счастьем в шумном сарбанидском лагере посреди диких лесов и степей.

Так и не забытые, не поблёкшие воспоминания; не затерявшиеся ни среди всех последовавших невзгод, ни среди свежих, взрослых и осознанных привязанностей. Бережно хранимые в сердце песни и нити жизни её родного народа…

Дыхание перехватило, словно кто-то подкрался со спины и дал хорошего подзатыльника. А он к ней со своими глупыми детскими обидами. «Не веди себя как ребёнок, Марк…» Кто знает, зачем она пошла к Ортею среди ночи? За какими словами, которые он, Марк, не был способен ей сказать? За какой поддержкой, которую он не мог предложить?

— Опять всё непросто, — усмехнулся Ильдан.

— А может, это вы, ребята, усложняете?

— Погодите, — в глазах Камайлы плескалась догадка. — А перекрёсток — это у нас…

Она нерешительно умолкла, лишь продолжала переводить взгляд с Марка на Карину.

— Это я, — с раздражением произнесла Карина.