Шаг в сторону

Как бы он смотрел на по-хозяйски шагающих через его родной город врагов? На тех, что убили стольких его соотечественников — а может, даже и родных? На тех, из-за которых, по его мнению, подскочили цены, начались перебои с товарами? Из-за которых в городе то и дело воет тревога, а то и идут бои?

Он тряхнул головой. Вообще-то дело было не только в этом. Эти загорелые, светловолосые люди повсюду так сильно напоминали его…

— Это ведь его город, да? — раньше, чем успел одуматься, пробормотал Марк. — Тала?..

Острый взгляд наставницы плохо сочетался с её флегматичным голосом:

— И что?

— Ничего, — мотнул Марк головой, жалея, что вообще заикнулся на тему, которую они всё это время так тщательно и успешно замалчивали.

За очередным поворотом оказалась крохотная торговая площадь с несколькими лотками. Женщина с корзиной через локоть была так занята выбором товара, что не заметила приближающихся чужаков. Зато маленькая девочка, цепляющаяся за её юбку, смотрела на них во все свои огромные карие глаза — без страха, но с искренним любопытством.

Марк улыбнулся малышке — чем-то она ему неуловимо напомнила его собственную сестрёнку, Майю. Так забавно было приезжать к родителям на каникулы раз в три месяца и отмечать, как быстро она растёт…

Девочка рассмеялась, отцепилась от юбки матери и побежала к ним. Крохотные, неловкие ещё ножки весело шлёпали подошвами сандаликов по мостовой.

Кто-то из взрослых хотел было остановить ребёнка, но не успел — малышка уже оказалась совсем рядом с ареносцами, на том расстоянии, куда горожане соваться боялись.

Марк в растерянности протянул было руки, чтобы подхватить бегущую к нему со смехом девочку, но наставница его опередила. Сначала показалось, что она ударит жёсткой волной — точно так же, судя по истошному воплю, решила обернувшаяся наконец мать. Но Карина, как выяснилось, выбросила руку вперёд, чтобы поймать малышку мягким полем, развернуть и слегка подтолкнуть в спину.

Не успевший ничего понять ребёнок по инерции пробежал ещё несколько шагов и угодил прямо в объятия матери.

— Ловко, — усмехнулся Марк, оглядываясь назад на переполошившихся, всё ещё хватающихся за головы людей. — Прости — мне, наверное, не стоило… Ты чего?

На её лице застыло странное выражение, словно бы только что случилось нечто отвратительное.

— Не люблю маленьких детей.

— Да? — удивился Марк. — Ну ты, конечно… Детей не любишь, животных тоже.