Забытые-2: Тишина взаймы

Или пока не начнёшь делать в кладовой уборку.

Когда очень много знаешь и помнишь, невостребованное постоянно убираешь подальше и поглубже, чтобы не сбивало с толку. Хорошо, что у помнящих ничего не пропадает.

Вёртка, обшарив карниз, заинтересованно вытянулась столбиком рядом со мной и уставилась на огрызки.

– Никогда прежде такого не видела? – переспросила я рассеянно, пристраивая огрызки на колене. – Хочешь понять, как они получаются? Ну, для начала такие штуки остаются после очень-очень сильных чар. Из моего? – я весело хмыкнула в ответ на молчаливый вопрос.

– Нет, я ничем сильным не владею. От моих чар остаётся один след – волна тепла, которую чуют и ощущают всякие «недо-» и прочие звери. А она со временем рассеивается в мире и становится частью Шамира. А вот мощные чары...

Я задумалась, подбирая понятные образы, но нашла лишь один – да, понятный, но неприятный. Особенно для Вёртки как для особи.

– Мощные чары на раз-два не создашь, – объяснила я. – То есть... они помещаются в эдакое... тело. Их надо много, и силы надо много.

И быстро, – на моей ладони снова вспыхнула солнце, – вот так, например, их не сделаешь. Они плетутся, как те же сезонные руны чаровников. Долго готовятся. Но знающие хранят их на коже, а искры... – я запнулась, но Вёртка уже поняла.

Её глаза вспыхнули ярко-ярко, сердито-сердито.

– Да, – сдалась я. – Такие чары носит или «хвост», или «крыло». Или все вместе. А когда они срабатывают, остаётся вот это, – я осторожно коснулась огрызков. – Кожа. Ваша. И на ней сохраняются следы как.

.. ожоги. Хотя искры, чтобы не расстраивать своих спутников, называют их клочьями чар. И далеко не все из вас знают об этом способе.

Вёртка посмотрела на меня очень жалобно. Сияющие солнышки глаз – на мокром месте.

– Нет, – успокоила я, – я с тобой так не поступлю. Это... бесчеловечно. Но да в старых искрах, говорят, человеческого оставалось мало. Долгожительство развивает силу и опыт, но сжигает душу.

Моя подруга вытянулась и боязливо коснулась кончиком хвоста тонкой кожицы.

И сразу же отдёрнулась, и её глаза стали ещё грустнее.

– Да? – я нахмурилась. – Узнаёшь своих? Значит, искра.

...и чтоб ей икалось посмертно за такое обращение с друзьями...

– Сможешь теперь понять, как их находить, эти... клочья? – я посмотрела на Вёртку.

Подруга сосредоточенно начертила кончиком хвоста несколько непонятных символов, покрутилась на месте, снова что-то начертила и возбуждённо кивнула. И сразу же метнулась молнией прочь – опробовать новые чары.