Забытые-2: Тишина взаймы

И староста Ярмарочного должен мне денег как знающей.

С этими мыслями я тщательно обшарила дом и нашла уйму полезностей. Сменила старую одежду на новую, подогнав её под себя простенькими чарами. Подобрала смену белья, дорожное одеяло и вместительную сумку. Совершила набег на кладовую и запаслась едой. Я-то немного ем, но оба моих спутника весьма прожорливы, а заботятся о своём пропитании из рук вон плохо.

И, конечно, деньги: Вёртка нашла старый тайник, который мы сообща подчистили. И, конечно, мелочи: писчие принадлежности и прочее.

И, конечно, отдых: последний раз я нормально ела и спала на хуторе, перед событиями в Ярмарочном. Пора передохнуть. Мало ли какие впереди ждут «подарочки»...

Собравшись и плотно перекусив, я по наитию снова заглянула в комнатку Добры и невольно улыбнулась. Нет, не зря пришла... На оконном стекле в морозных узорах явственно проступило: «Ложись спать!» Разумеется, она знала, что я вернусь. И, может быть, оставила послание.

Я затворила дверь, бросила сумку на сундук и раскатала на тюфяке одеяло.

Разулась, растянулась на животе, обняла старую Добрину подушку и моментально уснула.

И сразу же проснулась.

За окном ревела вьюга. А в старом продавленном кресле у окна сидела Добра, кутаясь в длинный шерстяной платок и беззлобно ухмыляясь:

– Что, девка, всё правды ищешь?

– Это плохо? – я села, скрестив ноги.

– Смотря как пользовать её хочешь, – безлетная прикрыла глаза.

Я помнила их выцветшими, а сейчас они искрили холодным голубым льдом.

– У меня лишь один путь – помогать Шамиру, – сказала я твёрдо.

– А вот и нет, – снова усмехнулась Добра. – Я знаю, и ты знаешь тоже. Я сразу это увидела – что ты не благословлённая. Рукодельная. И покамест не ведаю, для чего.

Мне вдруг стало страшно – до мурашек, до липких ладоней.

– То есть... как это – для чего? – я запнулась. – Нас не просто... создавали? Но и... направляли?

– Конечно, – кивнула она. – У каждого рукодельного свой путь предателями прописан и указан. И ты ещё так рвануть можешь, искра, по чужому-то наущенью.

.. Ох, не поздоровится ж нам тогда!

Я вспотела, облизнула пересохшие губы и выдавила из себя:

– Но со мной же Шамир... Он же меня закрыл ото всех...

– Потому-то и говорю с тобой, – Добра откинулась в кресле. – Вижу его рядом – то шаг в шаг за тобой верным псом, то впереди. Потому-то и говорю. Но хватит ли его сил, чтоб помешать предначертанному?

– А у меня своё пророчество, – я вовремя вспомнила о Мирне. – Меня ещё до Гиблой тропы... определили с делами.