Чернокнижник: Сломанные весы

Все планы, которые она строила для себя, своего дома, летели ящеру под хвост, и все из-за одного юнца, который осмелился пойти против освященных веками, тысячелетиями, самой Ллос установлений. В любое время можно было ожидать, что Мать Пауков перейдет от бездействия к карам. Для этого всего-то и нужно, что показать недовольство. Желающих же уничтожить Дом Митгар и тем самым продвинуться вверх в иерархии Кенигсгранна более чем достаточно. Тот же Дом Вигр – давний и заклятый враг. Дом Бергам, чья преданность Ллос не знала себе равных… эти готовы будут рвать глотки всем, лишь бы только удостоиться хотя бы мимолетной милости великой Ллос.

            Успокоиться, сейчас надо было успокоиться, не дать гневу и ненависти полностью завладеть сознанием. Шенир понимала это как никто другой, иначе не смогла бы долгие годы вести свой Дом вверх. Сейчас могли помочь только высочайшая концентрация и хорошая интуиция. Последняя должна была подсказать выход из сложившейся ситуации.

Иначе… Дом может быть повергнут, сама же память о нем тоже исчезнет, растворившись в вечности.

            Помощь. Нужна была помощь, одна она ничего не сможет сделать. Матрона понимала, что сейчас не время для свар внутри Дома. Надеялась и на понимание остальных.

            Скоро сюда должны были прийти все, кому она могла не доверять, конечно, но верить в общие интересы.

Сыновья, дочери, Мастер Клинка… больше никого. Остальным членам Дома не стоило даже догадываться о том, что Митгар стоят на грани небытия, удерживаемые в неустойчивом равновесии лишь тем, что Ллос и проводники ее воли просто не успели окончательно принять решение.

            Еле слышный звук шагов по каменным плитам… Шенир резко развернулась, готовая увидеть кого угодно, от ожидаемых ею до эмиссаров-убийц Верховного Дома.

К счастью, до такого еще не дошло, неслышным шагом воина к ней приближался Мастер Клинка, Агриан.

            - Где мои дети?

            - Они скоро будут, Матрона, - склонился перед ней дроу, в то время как руки его оставались на навершиях двух своих излюбленных клинков, служивших верно вот уже не первое столетие. – Я принес новости, которые лучше знать только вам.