Битва за Порог. Серый

И если поначалу Джам намеревался спуститься на второй ярус и отправиться куда-нибудь на периферию, то сейчас, глядя на темный зев широкой винтовой лестницы, он изменил свое решение.

«Пойдем максимально быстро на четвертый ярус, а там уже посмотрим, что к чему! Главное, чтобы денег хватило…»

Зелье регенерации, зелье малого исцеления, зелье маны. Пара свитков молний, два десятка стеклянных ожерелий. Пять стальных ножей с ножнами, Пятьдесят болтов. Три спальника, три ранца, с десяток заряженных светлячков.

Джам заранее спланировал, что возьмет с собой в экспедицию, ему оставалось лишь умножить свои расчеты на три. Парень еще раз придирчиво оглядел своих спутников. 

Санёк стоял со своим арбалетом и, кажется, был счастлив. Его ноздри хищно раздувались в преддверье приключений, а сам он был больше похож не на обычного мальчика, а тертого авантюриста или, чего хуже, на адреналинового наркомана.

Лика же была погружена в себя, и Джам догадывался, о чем она думает. На ее месте он тоже хотел бы попасть к своему отцу, вместо того, чтобы прятаться от ордена Чистых, объявивших на тебя официальную охоту. Вспомним представителей ордена, волосы на загривке Джама стали дыбом. Стать сильнее. Стать сильнее и стереть к чертям собачим эту средневековую инквизицию, творящую официальный беспредел.

«Неужто у меня появилась цель?» - невесело подумал парень, замечая краем глаза привычную неясную тень, промелькнувшую на периферии зрения.

- Долго еще стоять будем? – Санёк с нетерпением посмотрел на Джама.

- Да нет, - Джам мысленно пробежался по списку и сделал шаг вперед, - не долго.

- Принял, - Санёк принял шаг Джама как руководство к действию. 

Мальчик зачем-то попрыгал на месте и шагнул на широкую лестницу. За ним двинулась Лика, а сам Джам, выждав пару секунд, пошел замыкающим.

«Интересно», - мелькнула непрошеная мысль. - «Смогу ли я перемещаться в пространстве с этим рюкзаком?»

Поток, ежечасно текущий на второй ярус был настолько плотным, что запомнить всех приключенцев не было ни малейшего шанса. Поэтому старый Тоха, торгующий у входа в подземелье холодным оружием вот уже третий год, запоминал только тех, кто брал у его соседа характерные бутыльки с синей жидкостью, которая еще, по слухам, имела привкус корицы.