Вольный охотник (ТР-2)

— У нас нет столько денег? — уточнил юноша, возвращаясь за стол и знаком указывая на кресло управляющему.

— У ВАС есть деньги, — поправил хозяина господин Марек. — И бюджет ВАШ выдержит такие траты без труда. Я лишь говорю о том, как это может быть воспринято. Вы же понимаете, господин барон, как неоднозначно в ряде кабинетов приняли ваш план? Там только и ждут такой вот статьи расходов, чтобы тут же обвинить кураторов в растрате, а проект прикрыть.

Ян кивнул. Если раньше не понимал, то до него это донесли весьма доходчиво.

— К тому же, — продолжил управляющий, — ваша милость не может гарантировать того, что в Кенигсберге окажутся удовлетворяющие критериям поиска объекты. И вам придется переезжать в другой город империи. Тогда расходы на ремонт гостевого крыла станут выглядеть неоправданными и для тех, кто ваш план поддерживает.

Переводя сказанное с казенно-увертливого языка госслужащего на простой — сперва докажи, что тебе не напрасно такой бюджет выделили, а уж потом поговорим о том, как ты его будешь тратить.

Ян снова кивнул, на этот раз признавая справедливость требования.

— Но начать-то мы можем? — спросил он. — Обозначить для интересующихся, что в поместье полным ходом идет ремонт, новый маркиз собирается распушить хвост и тряхнуть мошной. Это важно для плана, так меня будут правильно воспринимать.

— Начать, да. — Господин Марек принялся что-то быстро писать на листе бумаги, уложенном поверх толстой кожаной папки. — Скажем, я могу пригласить рабочих, обсудить с ними перечень работ, запустить их, после чего начать переносить сроки и задерживать финансирование.

Крыло застынет в лесах, внутри получится полный раздрай, но для общества все будет выглядеть так, будто новый владелец всерьез занялся приведением в достойный вид своего поместья.

— И на это потребуется?..

— Ох, сущие мелочи, ваша милость! Три-четыре тысячи солидов, даже говорить не о чем! Затянуть можем месяца на три-четыре, дольше — сложнее. Рабочие тоже люди, и они будут болтать.

Ян постарался незаметно сглотнуть.

Только сейчас он начал осознавать масштаб того, что сам же и заварил. Подумать только — три-четыре тысячи солидов — это, оказывается, мелочь, не стоящая упоминания! На эту сумму Эссены в Марке могли бы прожить год! Во Львове они с сестрой полгода ни в чем бы себе не отказывали. А он еще переживал, что загонщикам такое большое жалование предложил! Да в ту сторону никто и не взглянет из-за незначительности!

— Хорошо. Давайте так и поступим, господин Марек.