Dragon Age: Восстание Архидемона

- Плачьте, люди! Легионы зла уже у вашего порога! Они пожрут ваши сердца! Бежать некуда! Зло покроет весь мир, как стая саранчи!

Люди переключились на нового оратора, внимая ему с открытыми ртами. Все, кроме Гаррета Хоука. Алистер оставил свой пост и подошел к Айану и Дайлену.

- Вот, ты смотри, - пробормотал чернобородый охотник, обращаясь к Стражам. – Стоит начаться войне, или Мору, или еще чему, и такие крикуны появляются в каждой деревне. Откуда только берутся? Эй! Эй, ты! – гаркнул он, обращаясь к заходившемуся в криках хасинду.

– Сейчас же заткнись! Ты пугаешь детей!

Безумный проповедник обратил на него свой взор.

- Детей? Я пугаю детей? Да лучше перерезать им горло сейчас, чем обречь на мучения в лапах порождений тьмы! Глядите, их приспешники уже среди нас! – он быстрыми шагами пересек пространство, отделявшее его от Стражей и ткнул немытым пальцем в грудь Кусланда. – Вот этот человек несет в себе их омерзительный смрад! Или вы не видите, как бурлит в нем гнусная чернота?

- Прекрати! – невысокий тучный крестьянин потряс в воздухе руками.

– Кто-нибудь, да заткните ему рот!

- Но разве он не прав? – его сосед зябко передернул плечами. – Банн бросил нас! Сам тейрн Логейн нас бросил! Стражи отказываются нас защищать! Король мертв! Мы обречены!

- А это исчадие – только первое из тех, что уничтожат нас! – хасинд в последний раз толкнул в грудь смотревшего на него сверху вниз Кусланда и благоразумно отскочил. – Надежды больше нет!

- Не будь глупцом! – возвысил голос молчавший до сих пор Алистер, делая шаг вперед.

– Порождений тьмы можно победить!

- Нет! Я их видел! От них нельзя убежать! С ними нельзя сражаться! Вы… вы просто заговариваете нам зубы! Вы такие же, как они! Сосуды для скверны! Дети черноты!

- Это уже слишком! – Гаррет Хоук шагнул к трясущемуся хасинду и наотмашь ударил его по лицу. Тот не удержался на ногах, упав в грязь. Из толпы к охотнику выскочили двое – высокий темноволосый парень и коротко стриженная темноволосая девушка. Они встали по обе стороны от охотника, приходившегося им, по-видимому, другом или братом.

Однако отражать опасности не потребовалось. Хасинд поднялся на ноги и, поводя по сторонам остекленевшими глазами, заковылял куда-то прочь.  

Люди смотрели ему вслед с самыми разнообразными чувствами. Но в основном – это был страх.

- Он ведь был прав, верно? – произнес, наконец, кто-то. – Для нас надежды нет.

- Надежда есть всегда, - Дайлен Амелл сказал это негромко, но услышали все.