Чемпионы и Боги

– И да, не уходи от ответа!

- Ну, как бы сказать, главы ордена твоей подруги, и, по совместительству ведьмы, решили сделать меня хранителем Горгониона, но я отказался от этой должности, слишком большой соблазн у меня докопаться до содержимого медальона. И выдвинул тебя на этот пост. После моих аргументов старики согласились, затем я вызвался быть почтальоном. Так что принимай артефакт и обязанности хранителя. – Как-то странно ухмыльнулся Дони, а я седалищным нервом почувствовал подставу… и прямо такой ностальгией потянуло, что я даже не против вляпаться в историю стал.

- У меня один вопрос: почему я? – высказался в свою очередь Великий и Ужасный Змей. Ну а что, сам себя громко не обзовешь, так толпа назовет, да так, что потом вовек не отмоешься!

- Чемпион, который интересуется лишь сражениями, априори неподкупен. Его не интересуют ни деньги, ни слава, ни знания, лишь схватки. А это обеспечить не сложно. В остальном же ты кандидат лучше прочих. Ведь даже у меня есть свои слабости.

- Ну, допустим, у меня то же есть слабости, так что не надо обожествлять мой образ. – Отвечаю ему чуть наглой ухмылкой… что поделать, слегка ехидная улыбка получается у меня через раз, а вот наглая ухмылка… словно создана была для моей физиономии.

- Да?

- И какая? – в один голос произнесли Мария (о которой я почти забыл) и Сальваторе.

- Бабы. Ничего не могу с собой поделать, буквально залипаю на сильных женщин с волосами серебристого цвета, твердым характером и завораживающим взглядом.

А чего это так зависли мои собеседники? Особенно странный взгляд демонстрирует Мария.

- Кхе… Так ты на Лилиану запал что ли? – странно усмехнулся Дони.

- На кого? – искренне удивился я.

- Ну, на главную соперницу Эрики, из конкурирующего с ними ордена. – Пояснил Сальваторе, еще бы понятней после этого стало бы…

- Чего? – для верности переспросил я.

- Ясно. Я ошибся. – Вздохнул Чемпион.

И одновременно с этим кинул в меня каменный кругляш с изображением головы Медузы Горгоны. Я так понимаю, это и есть Горгонион?

- Держи, это теперь твое, без всяких испытаний. Глупо испытывать того, кто сумел приручить бога. – Усмехнулся Дони.

- Он меня не приручал. – Возмутился давно уже подслушивающий нас Веретранга, явившийся сюда, как только он ощутил присутствие Сальваторе.