Рожденный повелевать

В вербовочном отряде под командованием Джембро было шестьдесят солдат: почти все предельного возраста службы. Израненные, с кучей недугов, что, конечно, несколько компенсировалось солидным опытом, но шестьдесят против трехсот склоняло чашу весов в сторону местных.

Хлокит поднял голову к небу и прищурился: утро только начиналось, а солнце уже обрушивало на землю волны жара. Это в данный момент им на руку.

Дома в деревне из бревен, крыши добротные, хоть и крытые соломой, но свежей и плотной. И сухой. Он повернулся к своему отряду и подозвал мага.

Фуку проворно подбежал к нему. На нем была солдатская форма — устав предполагал магам носить именно такую, чтобы не выделяться среди остальных, так как враги старались прежде всего убить обладателей магической силы.

Маг встал с левой стороны от Хлокита, а вербовщик, повернувшись лицом к старосте, сказал:

- Фуку, друг мой, чувствуешь, как холодно сегодняшнее утро?

- Да, господин Хлокит, - этот маг импонировал ему цепким умом. - Видимо, утренняя прохлада причина такого холодного приема.

- Ты прав, Фуку, ты прав. Но ты же можешь сделать теплее?

- Конечно, - на худом лице мага появилась озорная улыбка, и Хлокит подумал, что для него все происходящее является игрой. Магу только недавно исполнилось восемнадцать.

Староста с непониманием слушал их разговор: полный идиот так и не понял, с чем имеет дело, до тех пор, пока не вспыхнул словно факел. Вербовщик сделал несколько шагов назад:

- Пусть все погреются, Фуку. Говорят, огонь лечит хвори.

- Конечно.

Очищает, - маг хлопнул в ладони, и близлежащие дома запылали. Горящий староста катался по земле с диким воем, пытаясь потушить пламя, деревенские замерли в ужасе: им еще никогда не приходилось видеть подобное, а вербовщик сомневался, что они даже слышали о людях с такими способностями. Фуку продолжал свою игру: он переключился на местных мужчин, и через минуту площадь превратилась в вопящий крематорий.

Хлокит же начал считать. Триста секунд — примерно столько отведено магическим способностям, затем Фуку следует убрать с первого плана.

За этим последует несколько часов мучительного восстановления. Но и пяти минут достаточно, чтобы преподать ублюдкам урок послушания.

Огонь перекидывался на соседние дома весело и задорно. Высохшее дерево отлично горело, не имелось нужды даже в помощи ветра. Не из всех строений успевали выбежать их обитатели: женщины, старики и дети. Вербовщика не трогали их крики и вопли: его карьера не должна пострадать от этих ублюдков.