Твой выбор – смерть

Кузнецов:

– Постарайся побыстрей. Ее видят в этом районе не в первый раз, но всегда она исчезает.

Неизвестный:

– Они уже выезжают.

Кузнецов:

– И вот еще что. Ты не забыл?…

Неизвестный:

– Да знаю я, знаю! Тебе нужна проба. Будет у тебя проба. А сейчас – не отвлекай от дела.

Кузнецов:

– Ладно. Давай.

Неизвестный:

– Пока.

Сигнал отбоя.

Ровно через восемнадцать минут машина оперативников миновала перекресток Гагарина и проспекта Ленина. Через полтора квартала в южном направлении они без труда зафиксировали женщину и ее преследователей.

Теперь, похоже, женщина предприняла попытку оторваться от «хвоста». Точнее, ее спровоцировали на это двое передних филеров, едва не наступая ей на пятки в толпе прохожих. В итоге их жертва поддалась этому грубому и примитивному нажиму и, покинув людное место, свернула на тихую боковую улицу.

Почему, кстати, она сделала это? Ведь не могла же она не понимать, что ее специально загоняют в безлюдные подворотни.

Или могла?

Предположения в этой ситуации можно было строить какие угодно, но ни одно из них не выглядело достаточно обоснованным.

Где там тот некстати появившийся милицейский «Уазик»?

Вот он, почти уже поравнялся с «Жигулями».

Капитан направил камеру наблюдения. Сейчас они въедут в поле захвата. Кажется, «УАЗ» сбавляет скорость. Неужели их заинтересовала оперативная машина? Это было бы совсем некстати, но чего-то в этом роде можно было бы ожидать.

Ведь существовал некто третий, не принадлежащий напрямую к группировке преследователей. Тот, кто обнаружил женщину и дал об этом знать Кузнецову. Для чего, вероятно, воспользовался сотовым телефоном.

С мобильной связью потенциального противника еще придется разбираться, а сейчас важен сам факт: был некий наблюдатель, о котором им ничего не известно. А раз он был не далее, как полчаса назад, то вполне может оставаться где-то здесь и сейчас.

Вот, наконец, и патрульный «Уазик». На дисплее ноутбука он выглядел полупрозрачной призрачной каретой. Никакой, конечно, мистики – всего лишь восприятие инфракрасных волн, щедро излучаемых разгоряченными милицейскими телами.

Что характерно, ни один из милиционеров даже мельком не посмотрел на приткнувшиеся к обочине «Жигули». Все они глядели, не отрываясь, куда-то вперед и чуть в сторону.