Мастер лабиринтов

И вытащить оттуда человека было практически нерешаемой задачей.

БТР Алекса остановился на берегу Серединного Моря у старого рыбачьего причала, и он вышел из машины чтобы просто пройтись по берегу. Почему жители Аранталла назвали водную гладь размером с пару океанов – морем, можно было только гадать, но в мире где и ночью не бывает ниже плюс десяти, огромный роскошный водный бассейн был настоящей жемчужиной. Размер Серединного моря был около восьми тысяч километров в диаметре, почти правильной круглой формы и столпом из плотного, едва прозрачного эфира в центре.

Столп был диаметром двадцать километров, а источник света и жизни на Аранталле всего около ста метров, поэтому там, где была тень от столпа, была ночь, а там куда падал свет, соответственно день. Конструкция с точки зрения инженера конечно насквозь убыточная, но кто этих богов знает. Может и был в том свой резон.

Поскольку Алексу надоело ехать по дороге, он, с помощью Гиара разгрузил броневик от багажа, и загнав его в Убежище стал выгружать контейнеры с частями катера, и десятком универсальных механоидов.

Окно в Убежище было всего пять метров шириной, поэтому очень многое проходило лишь в разобранном и полуразобранном виде. К счастью предприятия Империи могли спроектировать и изготовить даже надувной самолёт, не говоря уж о составном катере.

Железные работники сразу принялись за дело и через три часа, на воде покачивался тридцатиметровый катер – катамаран, куда и стали грузить все вещи беглецов.

Алекс устроил гостей по каютам, показал где и что находится на борту, и заняв место рулевого в верхней рубке, двинул рычаги давления пара вперёд.

«Скользящий» - гоночный катер, построенный по чертежам Алекса, и Ши Саргонаи, в Агелау и купленный королевской таможней как катер – перехватчик, имел огромный накопитель от сухогруза, две турбины от дирижабля – бомбардировщика, и мог развивать скорость до трёхсот километров в час, правда только на спокойной воде.

Но в Серединном Море не бывало штормов, и даже когда накатывался холодный Северный Вал, волны поднимались на полтора метра максимум, что для катера на глубокопогружённых подводных крыльях было вообще ерундой.

На крейсерской скорости в сто сорок километров в час, катер лавировал между другими судами и кораблями словно лыжник на трассе слалома, закладывая плавные повороты и не реагируя на сигналы, которые ему пытались подавать.