Гнев. Проклятые Дары.

– С ним все будет хорошо, – успокаивающе сказала я, – если он справился с пятью пучеглазами, то, думаю, что он достаточно крепок, чтобы пережить падение с повозки, – придвинувшись достаточно близко и изобразив подобие улыбки, положила руку на обух топорика за поясом и добавила: – Если придет час защищать близких, незнакомец покажется им веселым акробатом по сравнению с тобой.

– С четырьмя, госпожа, – с усмешкой пробубнил мужчина.

– Что четырьмя? – удивилась странному утверждению.

– Он зарубал четырёх, пятая тварь трусливо сбежала на свои болота, только пятки сверкали, – явно поняв, что у нас есть что противопоставить неведомо откуда взявшимся монстрам, мужчина добавил: – Присмотри за ним, если сможешь? Мы завтра возвратимся, привезем все, что скажет Дио, и ступеньки выправим, лучше сделаем.

***

Ночь выдалась неспокойной. Ольф снова стонал. Долго, протяжно, страшно. Непонятно, что его мучило: боли или ужасные ночные видения. Не в силах более выносить его муки, я решила добраться до стражи у его комнаты и узнать, не могу ли я чем-то помочь ему.

Покинув комнату, стало понятно, что передвигаться по коридору возможно только на ощупь вдоль стен. Какой-то шутник выпустил из настенных домиков всех светящихся насекомых. Кажется, Брин называл их светляжки.

Отсчитав по стене ровно пять дверных проемов, из-за которых доносился громкий храп, я приблизилась к комнате Ольфа. Находясь, судя по доносившимся стонам, у самого входа в нужное помещение, я ударилась ногой о какой-то крупный предмет, преградивший дорогу.

Взвизгнув от испуга, я неожиданно выпалила:

– Скормить этих шутников королеве выводка, – и от непонимания сказанного мне стало еще страшнее.

Прислушавшись, я поняла, что преграда на полу издает вполне обычный и нестрашный звук. Преграда храпела. На расстоянии буквально в пару локтей расположился еще один источник монотонного похрапывания.

– Хватит, – раздался протяжный стон из комнаты Ольфа.

Ноги обмякли и вместе с очередным приступом страха меня посетила мысль, что вряд ли местные стражники получают жалованье за то, что похрапывают у дверей владоскирна.

Только я набрала полные легкие воздуха и приготовилась завизжать, как чья-то крепкая рука закрыла мне рот.

– Молчи, я не собираюсь причинять тебе вред, – почему-то шепот неизвестного не пугал, – ползи по коридору на улицу и ищи стражу или кого угодно.