Именем Горна

 

- Время пришло, - нежно подбодрил ее он. 

Она побледнела. Плотно сжала прекрасные губки, и резко вздохнула, как перед прыжком в ледяную воду. Агон заметил, как презрительно скривился Склой. Старый друг считал Лемиллу недостойной. Они много спорили из-за этого, но в конце концов усатый рыцарь согласился с доводами приятеля. Лишь человек Халда способен использовать мощь оглушенного старика.

Пройдя мимо воинов к креслу, Лемилла выхватила кинжал и одним ударом погрузила его в грудь бога. А затем, как пьяная, отшатнулась прочь.

- Все хорошо, - поспешил к ней Агон. - Все хорошо, любимая. 

Лемилла оттолкнула его, но он не обиделся. Раньше ей не приходилось убивать.

"Второй этап!" - император мысленно обратился к верному Ухлаку. Потом, после операции, он утешит возлюбленную. Тогда у них будет много времени. 

"Готово, господин. Врата открыты!" - почти сразу ответил тот.

            

Первым опять шел Агон. 

            

Усмий, в отличие от своего вечного врага Халда, жил в простой избе без торжественных изысков.

Но сын Подземных Кузен не собирался сдаваться просто так. Едва Агон оказался в комнате, как в него ударил сноп белого света. Одним за другим стали лопаться магические щиты императора, чары простых волшебников не справлялись с мощью старого бога. 

Из темноты к упавшему Агону метнулась фигура, но путь ей преградил Склой. Комнату потряс шквальный звон клинков. Первый рыцарь умело оттеснил противника прочь, а Одвор тем временем ринулся к источнику белого света.

 

Усмий на миг отвлекся от императора, чтобы покарать дерзкого сейнарца, но и этого мгновения чародею хватило. Простенькое, но чрезвычайно могучее заклинание пронзило тучного бога насквозь. Усмий повалился на колени и что-то прошипел.

- Где Лемилла, брат? - закричал Склой. 

Только сейчас Агон понял, что девушки в комнате нет. Что они беззащитны перед проклятьем Усмия. В тот же момент умирающий бог что-то выдохнул, на его губах запузырилась кровь и на пол рухнул уже мертвец.

 

Первый рыцарь жалобно вскрикнул и вдруг застыл. А затем обернулся к Агону. Император сразу понял, что перед ним уже не тот весельчак, с которым они много лет планировали сегодняшнюю операцию. Перед ним, в оболочке мереанского воина, стояло проклятье Усмия. То, чего они так опасались, и то, что должна была нейтрализовать Лемилла.

- Уходите, Ваше Величество! - прорычал Одвор и сцепился со Склоем.