Хроники Зазеркалья 4: Мир Смерти

Тот бог, получивший артефакт, почувствовал себя главнее других и решил, что он будет править всем. Богом над богами. Началась война. Подобного Хтоня вытерпеть не смогла. Это был в первую очередь ЕЁ дом. Поэтому она убила Аида, которому достался артефакт. Богиня искренне верила, что остальные примут это и успокоятся. Но выжившие, что всё ещё недооценивали её, начали требовать отдать артефакт им. После отказа — объединились и пошли войной. Тогда она убила их всех. Одного за другим. Гроха, Нергала, Осириса, Мот, Хель и множество других.

Перечисление могло бы показаться хвастовством, но я слышал лишь бесконечную печаль в её голосе. Она не хотела этого. Но так случилось.

Тогда, объединив реки смерти с рекою пролитой божественной крови, она омылась в её водах и родилась заново. Впервые она избрала себе форму и выбрала имя, приняв статус единственной и безраздельной владычицы загробного мира. Хтоня перекроила Мир Смерти по своему вкусу. Так он и принял тот вид, который имеет сейчас.

Печальная история. Мне даже стало немного жаль эту древнюю сущность, которая целую вечность была одинока.

Но, по крайней мере, узнал я даже больше, чем хотел. Ведь теперь точно уверен, что молот у неё, а значит наш труд не напрасен.

-... пролитой крови богов,

Итог войны длинною в много веков.

Из размышлений меня выдернул голос Тимура. Я тут же обернулся и сурово зыркнул на него.

— Что я говорил тебе о пении своих сочинений? — рявкнул я.

— Да что мне теперь, молча ходить всё время? — воскликнул он в ответ.

— Если не можешь просто записывать свои экзерсисы на листок, то да! — раздражённо процедил я, — В конце-то концов, можно хоть немного думать о последствиях своих действий?

Хтоня лишь хмыкнула и исчезла во вспышке пламени.

— Ты просто ревнуешь меня к Хтоне! Она уже закончила историю, но всё равно осталась слушая мою песню! Значит, ей нравится! — закричал Тимур.

— Дурак ты. Я просто не хочу, чтобы ты нас угробил неосторожными словами, — ответил я, выпрыгивая из причалившего катера, чтобы ненароком не соблазниться идеей притопить его в реке.

— Конечно! Думаешь, я не вижу, как она на тебя смотрит? Да ещё и прямо сказала о том, что ты ей интересен! А тут поглядите-ка, с тебя внимание ушло и сразу злиться начал! — продолжил негодующе вопить музыкант.

— Я понимаю, что ты обижаешься из-за отказа, но не надо свои желания на меня проецировать, — сказал я уже спокойнее, — В отличии от тебя, я отношусь к ней соответственно её статуса.

— Ага, конечно, — фыркнул Тим.