Из рук врага

Куб у нас был один, и потому выделять из смесей, получаемых из соков растений, только один-два компонента (если повезёт и молекулы «переживали» кипячение) можно было пока только так. И смех и грех!

Слова Охотника будто сломали волшебство нашего тайного убежища. Мора и Марсо разом нахмурились и будто осунулись, посерели. У одного Мику по мимике ничего нельзя было прочитать. Но это было особенно непроницаемое выражение лица, от которого хотелось бежать и прятаться. Прятаться от человека, уже вынесшего свой приговор за разрушенный дом и полностью погибшую семью.

Пока мы болтали, я и Эль уложили женщин, причём Лайлу — прямо на свободный стол. К её рту мы подвели лиану, с которой сочился сладкий сок — и питье, и еда. Организму требовалась подпитка, даже суперпродвинутая имплантационная технология эльфов не могла залечить всё мгновенно. Дальше — перевязка «начисто», тут и пригодился спирт для дезинфекции. Немного поколебавшись, я выделил три небольшие порции первача товарищам по «приключениям».

Чтоб провалились такие приключения!

— Кха-кха! Что за пойло такое?! — раскашлялся бывший эмиратовский производитель шёлковой нити… и наткнулся на два слегка прояснившихся взгляда друзей.

Почему-то ни бывший лейт, ни Охотник никаких трудностей с принятием спирта не испытали. Зато… Не опьянев, мужчины словно ожили, впервые с того момента, как мы вышли на площадь между нашими домами. А я вдруг поймал себя на мысли, что ничего такого не чувствую: куча трупов, включая детские, меня печалила, но голова оставалась холодной и рассудительной, по крайней мере напиться не хотелось.

Я думал, что вид «разбираемой» фитотрансплантаторами Галины пережил без особых последствий, но оказалось, это не так. Даже блевать от запахов горелой человечины не тянуло. Возможно, будь там мой ребёнок или Лима, забывшаяся сейчас глубоким, как обморок, сном под новой порцией обезболивающего… С другой стороны, ну и хорошо, верно?

— Скоро они высадятся и на этот остров.

 — Стерх достаточно пришёл в себя, чтобы рассуждать здраво и логично. — Алессо, ваши колючки долго продержатся? Если сделать редут против пуль…

— Колючки, как ты выразился, легко продержатся две минуты, пока все напавшие не потеряют сознание. — Я оторвал от его раны пропитавшуюся кровью тряпку, причём мужчина даже не поморщился, и начал наносить на очищенную поверхность всю ту же растёртую «рационку», сделанную понявшей меня без слов Эль.