Маг Азидал. Лорд Альсаса.

Нетрудно подсчитать, все или почти все Первые Гондарии в один момент собрались в Альсасе. И уже довольно вежливо попросили аудиенции у лорда. А могли и потребовать.

И я, и брат, мы ощущаем их силу. Для меня присутствие Первых, как словно в городе заполыхали гейзеры древней, первобытной магии, затопляя все вокруг. И многие из этих гейзеров не уступают по могуществу ни мне, ни брату. Захоти Первые взять штурмом Альсас, и они сделают это. Тем более сейчас, когда они уже внутри городских стен. Все это понимают, вот и нервничают.

А мы с Фресом выглядим, как два довольных жизнью человека. Такая мощь магии от собратьев магов, что разливается по окрестным землям... Так напоминает Даргамар. Только к гейзерам не помешает прибавить океаны Архимагов. Но чего нет, того нет. Никто из пришедших не обладает такой мощью, максимум седьмой ранг, и только один такой.

Радует, что Первые не скрывают силу, сразу показывают где они, сколько, и на что способны. В ответ мы тоже не скрываемся, позволяя магии свободно изливаться в округу, наполнять Черную Грань спокойной мощью, покорной и дружелюбной к гостям.

Придавать мане налет эмоций и держать такой ровный фон весьма не просто для рядового мага, но это лучше всего покажет гостям отсутствие враждебности. Открыто приглашаем в гости. Не будет здесь угрозы, тут им рады.

Первые поняли намек. Пару раз я чувствовал, как острое внимание обращается к поместью, осторожно касается волнами чужой силы. Так удивительно приятно общаться с помощью магии, чувствовать, но не видеть, не услышав и слова, понимать, без догадок знать.

А всего-то разок потоки маны скрестились. После проклятых демонов ощущать чистую магию других Первых - как глоток родниковой воды посреди болота.

Не успел я закончить трапезу, как Первые в городе зашевелились, стали собираться вокруг самого сильного.

- Они идут, - улыбнувшись, отпил из кубка сока, холодного настолько, что вкус вишни достигает языка спустя секунды после глотка.

Фрес кивнул, огладил жесткую бородку, густую и черную, как шерсть дикого волка. Хотя обликом брат вымахал на доброго медведя. Крепкий, мощный, в плечах как полтора стражника, кажется, что бордовая мантия по швам трещит от каждого вздоха. А магия явственно отдает мощью и непоколебимостью Земли. Ожившая скала. Если бы скала умела бухать похлеще меня прошлого, завлекать в свои покои служанок без счета и пускать из трубки по три десятка колечек в ряд.