Маг Азидал. Лорд Альсаса.

- В яблочко. Очень не понравилось. В конце Рубедит пошутил как демон. Он отрезал Шадовиду губы, чтобы у того остался только один выбор. Убил его родных. Но игру не закончил, племянница Шидовида жива. Теперь колдун в Альсасе, преследует барона.

- А где племянница? Как ее зовут?

- Вельда, дочь Медовида. Она сейчас в Озерном Городе, под защитой дружины барона. Столица не то место, где могут разгуливать колдуны. Шадовид сказал, что снял там шикарный особняк, попросил позаботится о девочке, если что.

- Девочке? Сколько ей?

- Тринадцать.

Сидим, пьем вино.

- Почему Альсас?

- Не знаю, как так вышло, - отец болтает вино в бокале, - Но мы теперь самое спокойное и процветающие место. У нас почти нет чудовищ, ведьм и колдунов. Хэнье в Альсасе двадцать лет, как видели в последний раз. Если с костяными ушами все понятно, то вот темные силы стали исчезать с вашим рождением.

- Не понимаю, к чему ты клонишь.

- Вас защищают, Азидал. Защищают Первые. Они ходят по лесам на границах, бьются в горах со снежными троллями.

Разбойников находят мертвыми на стоянках, со стороны Серебора. Первых замечают всюду. В Альсас они не заходят, но словно окружают графство ото всех невзгод.

- Зачем?!

- Я думал, ты знаешь ответ. Раз у тебя его нет, остаются догадки. Думается мне, Первые просто устали.

- От чего, пап?

- Сколько они вынужденны бродить по свету? Сражаться, усмирять последствия войн, лить кровь чудовищ. Века, Азидал, века. Все правители уважают Первых. Но ни один не осмелится держать их подле себя.

Байки про месть Хэнье не утихают.

- Если кто и пригреет Первых, так это другой Первый, - думаю вслух, - Это имеет смысл. Как думаешь, когда они придут?

- Когда ты станешь лордом, - хмыкнул отец, - Это очевидно. Проблем сразу на голову осыплется... Не завидую. Но я рад что они не лезут в дела графства. Если нет никаких испытаний, то человек слабеет, становится нежным и боится проблем. Первые знают это и поступают мудро.

Открывается дверь в кабинет. Легкие шаги. Узнаю маму. Даргал спаси! Бокал в руках! Отец сидит прямо, как кол проглотил.

Мое кресло спинкой ко входу. Знаками показываю отцу, что хочу сделать.

- Дорогая, а кто это с тобой? - натурально удивляется отец.

- А? Я одна.

В момент, когда мама должна обернутся, допиваю вино залпом. Мана в руках преобразуется в стихию Воздуха. Бокал взмывает к потолку, подпрыгивает на вертикальных потоках ветра, едва не разбивается об потолок.

- А, показалось, темно там, - легко смеется отец.