На останках мирозданья-1: пришествие зари

Любуясь всем многообразием сияющего мира, подчиняясь магии златой сферы разгоряченного газа, юноша праздно сидел вкушая раскинувшееся великолепие. Вскинув голову, он, со всей страстью, глядел прямо вверх заполняя свои глаза неистовым белым заревом. Яркий свет не на шутку разгорячился, от чего неистово жег ему взор, но парень не боялся тепла. Словно насмехаясь над столь могуче силой, он все не отводил глаз, продолжая дальше смотреть прямо в центр коварного сияния.

Последнее время ясные дни были достаточно редки. Поэтому, когда выдался шанс, хотелось насладится чудом подольше.

Парень был рад появившейся возможности и совсем не желал уходить. Остаться на краткий миг, погреться в тепле всей промерзшей душу, - таково было его желание, невероятно эгоистичное и столь же искреннее.

Вдруг, чей-то голос, резкий и пронзительный, окликнул парня. Обернувшись, юноша прищурился. Сперва, он не сразу разглядел ослепленными глазами, кто подошел к нему, но со временем, рассеяв пелену, лик гостя все же сложился в зримый силуэт.

Явившийся человек не был тощ или же толст. Его тело не усеивали горы рельефа, а руки не секлись от жил. Однако, образ имел свою индивидуальность. Немного подтянутей, чуть выше чем средний обыватель, мужчина имел достаточно стройную талию, в меру широкие плечи, а ростом опережал парня на полголовы.

Когда они встретились глазами, мужчина тихо поклонился в знак приветствия. Обменявшись несколькими немыми фразами, оба устремились прочь с тихой поляны.

Миновав странные широты, заполненные причудливыми вытянутыми строениями, двое спутников зашли внутрь массивного черного здания.

Окружение встретило большими раскидистыми павильонами. В хаотичной манере, все пространство заполняли снующие из стороны в сторону тени, а свет, более не выдавая прошлой живости, отдавал мертвенным холодом.

Пройдя сквозь нескончаемый поток, мужчина с юношей остановились на углу возле небольшого терминала.

Оставив парня в сторонке, мужчина велел тому подождать здесь.

Слушаясь, юноша встал чуть подальше от основных масс и украдкой стал взирать на холл.

Потоки живой массы передвигались с одного места на другое. Их очертания колыхались, на мгновение теряя свою форму, возвращались в исходный вид и вновь размывались. Не унимаясь, тени устремляли свои жизни на решения насущных дел медленно и уверенно идя по направлению к неизбежному. В круговороте бытовых забот и обязанностей, кажется, многие из них забывали, что важно, не столько существовать, сколько, по-настоящему, жить.