Ардан-I. Пробуждение Ваирагии

Как вихрится пыль в бледном свете Рилин, который изредка проливается в камеру сквозь зарешечённое оконце, когда лик одной из лун появляется в прорехах средь облаков. Вирсин ёжится от холода, по телу пробегают мурашки. Одежду с него не сняли, даже сапоги оставили. И что более удивительно — не приковали, хотя вот она цепь, висит на стене, а челюсти кандалов раскрыты, слово пасть нападающей на добычу змеи.

Вирсин прижимает к себе ноги, обнимает колени и опускает на них лоб. Так ему легче думается, да и теплее, вроде как, в такой позе.

Жаль, укрыться нечем… Кадир пытается вспомнить, где и когда его оглушили. И главное — кто да зачем.

Он был сначала у одного из капитанов городской стражи Трасота — столицы Эриоса, а затем Вирсина отвели к начальнику безопасности королевства, посчитав, что сведения, коими владеет посланник кадиров, не для лишних ушей. Чем меньше людей знает о когтях Даррата, тем меньше волнений и тревоги средь подданных Эриоса. Так ему сказал господин Имлор — начальник дворцовой стражи, хотя сам Вирсин считал, что чем больше людей узнает о культистах, тем сложнее тем будет действовать в королевстве.

Но Тьма разберёт этих людей… В любом случае, делом Вирсина было передать сведения о фанатиках доверенным лицам его величества Элато Дан-Альнайда. А что дальше с этими сведениями будут делать люди, уже не его дело. Старейшая приказала передать, Вирсин передал, приказ выполнен.

Теперь надо выбираться отсюда и двигать к своим. Благо сбежать из подобной тюрьмы для Вирсина, как и для многих кадиров, кто достиг второй ступени силы, не сложно.

Просто дождись, когда луна скроется за облаками, тогда Тьма явит себя во всей своей красе. И пленник стал ждать.

Свет луны тускнеет, а затем и вовсе гаснет. Кадир сидит, замерев, будто каменное изваяние. Явит ли Рилин свой лик снова? Вирсин дышит спокойно, размеренно, ощущая потоки тёмной силы в пространстве. Он ждёт ещё некоторое время, но свет луны так и не проявляет себя больше.

— Благодарю, Тёмная Матерь, — шепчет Вирсин и тянет к себе потоки силы, но… ничего… пусто… узник должен был развоплотиться, заструиться чёрными клубами дыма и выбраться наружу через оконце, однако Тьма словно не увидела одного из своих детей.

Но ведь раньше всегда получалось! Вирсин вскакиевает с койки, чувствуя, как предательски трясутся руки. Как же так?! Что он сделал не так? Неужели Тёмная Матерь отвернулась от кадира? Такого быть не может! Райшенис ведь всегда откликается на зов своих детей, если они стоят в Её тени! Но...