Чёрные начала. Том 3.

Я несколько раз взмахнул мечом, привыкая к его весу и тяжести. Реально, королевский клинок. Вот, бывает, ты берёшь вещь, пробуешь её, и тебе кажется, что она очень хорошая. А потом ты пробуешь действительно качественное оружие, и приходит понимание, что всё, что было до этого — фигня, а именно это…

Вот и с мечом так же. Не то чтобы те были фигнёй, нет, но этот в разы… не знаю даже… лучше ложится в руку, если так можно выразиться.

— Ты хочешь его забрать? — хмуро спросил Зуар.

— И я его заберу.

— Ты не…

— Зуар, давай кое-что раскидаем между нами, — решил я прояснить ситуацию.

— Ты со своей раной никуда далеко не уйдёшь, и вполне возможно, что мне придётся тебя тащить и рисковать жизнью. Поэтому подумай хорошенько, прежде чем что-то будешь мне доказывать. К тому же, этот меч послужит нам ещё, и я уверен, что Снежная Королева, которая защищала свой народ, хотела бы, чтобы её клинок продолжал это делать, а не пылился рядом с её трупом.

Зуар понял. Особенно ту часть, где ему потребуется в случае чего моя помощь.

А я тем временем осторожно выглянул на балкон, не рискуя выходить, чтобы тот от старости не обвалился.

Отсюда открывался великолепный вид на пещеру, через которую мы прошли. Правда, теперь она была слегка порушена, но, насколько я видел, великаны, да и каменные солдаты, что уцелели, заняли свои места. Остались лежать лишь их павшие братья.

Не, уже надоело смотреть на пещеру, хреновый видок, если честно…

— Ладно, уходим, остался ещё один проход, который надо проверить.

— А если не он? — сухо спросил Зуар.

— Ну а если не он…

Я смолк.

Замер, глядя на енота, который неожиданно стал пушистым от страха, подняв хвост и ушки.

А потом я услышал и сам.

Хихиканье раздаётся…

Хихиканье, от которого стыло в жилах, и только сейчас я понял, что оно отличалось от того, что издавали те человекоподобные существа.

Оно не принадлежало человеку или чему-либо живому.

И это что-то доносилось снизу.

— О-оно здесь… — просипел побледневший Зуар.

— И мы здесь… — пробормотал я.

А потом до меня дошёл смысл моих же собственных слов.

Вот чёрт…

— Быстрее, уходим! Пушистый, в путь!

Я выскочил из комнаты и обернулся на скрип — Зуар закрыл за нами двери в покои.

— Ты чё, гонишь?!

— Нельзя осквернять её усыпальницу.

— Да нас сейчас самих осквернят!

Я подбежал к Зуару и забросил на плечи, выдавив из него стон.

— Пушистый, ходу!

Пушистый уже лужу напрудил со страху. И, возможно, он чувствовал куда больше, чем я, как и понимал.