Дисгардиум 9. Во славу доминиона!

После пережитого в великом ничто и пыточной Баала слышать о капризах лидера «эксов» было досадно. Я не горел желанием видеть превентивов, связанных с Картелем, в нашем альянсе с «Модусом» и «Странниками». Более того, я согласился рассмотреть союз с Полковником только по двум причинам: из благодарности Ренато Лойоле, то есть Кетцалю, и чтобы «эксы», став союзниками, не мешались под ногами в войне с Чумным мором. Вступив в ряды последователей Спящих, они вряд ли пойдут против нас, да и вообще после бегемотовских ментальных блокировок едва ли допустят мысль нам навредить.

А заодно Хайро и Вилли перестанут беспокоиться за себя и свои семьи.

– Я встречусь с ним в «привате». Точное время и день скажу позже, потому что вырваться смогу после битвы, и то, только если мы победим. А это будет очень сложно.

– Почему? – спросила до того молчавшая Тисса.

– Только воин, ослепший от самоуверенности, не сомневается в победе, Тисса-тян, – поклонившись, вмешался Томоши. – Алекс-сан осторожен в оценке, и это разумно.

– В моем случае даже «ослепший» воин поостерегся бы предсказывать победу, – сказал я. – У нас вся верхушка легиона легла, вы в курсе, и теперь пророчат, что легатом тринадцатого легиона станет хренов генерал, мать его, Аваддон. Да-да, тот самый.

– Ошалеть! – воскликнул Малик, произнеся третье слово за сегодня после «доброго утра».

– Это еще не «ошалеть», Малик, – ответил я.

Давненько я не обращался к нему по имени, и сейчас это произвело на парня огромное впечатление.

Обрадованный, что я заговорил с ним, он осторожно спросил:

– Расскажешь?

Глянув на часы, я кивнул:

– Сейчас, только доем…

Слушали меня затаив дыхание, хотя я обходился без подробностей. Поделился разговором с Хаосом, коротко описал, как не удалось добыть Угли Адского пламени, поведал о пытках тирана Баала…

Когда я завершал рассказ появлением Белиала, Томоши, опершийся о стену, потерял равновесие и рухнул. Японец с большим уважением относился к потусторонним силам вообще и к демонам в частности, испытывал перед ними страх и трепет.

Уверен, на его месте ниндзя Гирос повел бы себя более хладнокровно, а вот «человек» окончательно уверовал в богоподобность Скифа, смеющего не только конфликтовать с высшими демонами, но и убивать их.

Глава 5. Хаоситы-переступники

Когда я забирался в капсулу, разошлись все, кроме Риты. Девушка старалась не выказывать своих чувств на публике. Не знаю почему, возможно, из деликатности.