Разлом

Остальные всадники скрылись за крутым поворотом вместе с волчьим скулежом, эхом заполняющим некогда живые улицы города. С трудом, но я узнавал их очертания.

Высотки Москва-Сити покосились и почти полностью утратили остекление. Стены на некоторых этажах отсутствовали, зияя темными дырами, сквозь которые внутренние комнаты были заметены снегом.

- Узнаёшь эти места?

Снова попытка поймать меня. Приложил усилие, чтобы отлепить взгляд от постапокалиптической картины мира и взглянуть на ухмыляющуюся женщину. Если бы я не был так дезориентирован увиденным, то реакция на вопрос не заставила бы себя ждать.

- Должен?

Она хохотнула, прищурив глаза и послала волка, ткнув ему в бока. Тот охотно прыгнул с места и помчался за собратьями, жалобно подвывая.

Скоп новой информации комом заполонил голову, делая ее неподъемной, словно налитой свинцом. Тем не менее, абстрагируясь от происходящего, старался выудить сухие факты, обнаженные от эмоциональной окраски.

Я, совершенно точно, жив. Об этом свидетельствует и оледеневшие кончики пальцев, и хлюпающий от мороза нос, и свист в ушах, и адреналин, разрывающий меня на части. И все это весьма правдоподобно. Я в России, поскольку только что, своими собственными глазами видел полуразрушенные здания Москва-Сити. Но! Эти странные люди не знают кто такие русские, будучи в сердце некогда процветающей столицы. Второе но - это состояние самих зданий. Сколько лет потребуется, чтобы они пришли в такую негодность? Или всему виной война? Ядерная? Нет, тогда бы от столицы не осталось и следа, а радиация бы погубила все живое.

Пугающая реальность, сочетающая в себе отклики былой развитой цивилизации, с дикостью и отсталостью, повстречавшихся мне людей, неподъёмной тяжестью давила на плечи. Но мое сердце бьется, перекачивая кровь, а лёгкие разворачиваются, заполняясь морозным свежим воздухом, и это - главное.

Белоснежный зверь добрался до поворота, за которым скрылась его стая и моим глазам предстало небольшое поселение из нескольких десятков домов. Невысокие, вытянутые по длине бревенчатые строения с покатой крышей, без окон, с единственной дверью на узкой стороне, хаотично рассыпались по территории между могучими широкостволыми вязами. Особое внимание привлекало отсутствие дымоходов, порождающее вопросы об отоплении жилища.

Всадники, спешившись, ожидали нас.