Шаг в небо

Возможно, они до сих пор ищут нас в Драконьих горах. А возможно, Лэйд задержал их, сбил с курса, отвёл от нас глаза. Но что же тогда это за предчувствие? Почему мне так тревожно?

Даже Элика с Рикой немножко повеселели через несколько дней после выхода с Хиллериума. А я всё больше хмурилась, всё чаще молчала, и пыталась успокоить рвущееся из груди сердце в преддверии беды.

Последней до этого момента нашей остановкой была небольшая деревенька недалеко от тракта. Там мы нашли ночлег в кровати с клопами, скудный перекус и мрачных жителей.

Близость к проклятой эльфами земле мало кого радовала. В деревне царило запустенье. Кажется, скоро все местные уберутся отсюда куда подальше, и совершенно не будут скучать по своим домам. Всё равно везде разруха.

На утро после пробуждения моё настроение было совершенно скверным. Неясный страх опутал руки и ноги, даже встать с кровати оказалось сложнее, чем прежде.

Возможно, виной тому клопы, которые не дали нормально выспаться. Возможно, разразившаяся за грязным квадратиком окна гроза.

Или отвратительная похлёбка на ужин, вкус которой вспоминается с рвотным рефлексом.

Наша маленькая временная комнатка была погружена в зловещую темноту. В воздухе стоял приторный запах гнили и мочи. В углу над кроватью толстый паук взялся за работу, освещённый моим голубоватым пульсаром.

— Ужасная погода. – тихо произнесла Элика, которая сегодня спала на полу. Ну, хоть клопы её не доставали. Бирюзовый отсвет упал на исхудавшее лицо сестры.

— Так не хочется никуда идти… - так же, полушёпотом поделилась Рыжая.

Хотя сейчас цвет её волос больше напоминал ржавчину.

Скрипнула рассохшаяся половица, очередной раскат грома, смачные удары ливня по толстому заляпанному стеклу. Мутный отсвет молнии и снова гром.

Рика сидит на покосившейся старой кровати с грязным шерстяным одеялом, обнимает себя за ноги и покачивается взад-вперёд, заставляя древние доски натужно кряхтеть. Элиарна задумчиво смотрит в окно, сидя на груде разложенных на полу плащей. По чёрной стене пробегает таракан, попадая прямо в паутину в углу.

Кажется, сегодня паук хорошо позавтракает.

Бледно-голубой свет пульсара придаёт комнате странную атмосферу склепа… для живых.

Я сижу на своей кровати, свесив одну ногу, рассматривая своих подруг, и понимая, что здесь нам оставаться нельзя, а идти вперёд ещё страшнее. Это же понимали и спутницы. Серая тоска заползала в души, царапая их своими склизкими когтями, оставляя гноящиеся раны.

— Нам надо собираться.