Шаг в небо

Манны у сестры было довольно мало, поэтому рассчитывать на долгую работу купола было бы глупо.

В какой-то момент мы поняли, что в общем-то тут и правда есть эдакое подобие тропки. Несколько десятков следов, в том числе человеческих. И шли они как раз в ту сторону, куда нам было нужно. Если поднажать, то вот-вот уже доберёмся.

Спать хотелось неимоверно, бессонная ночь давала о себе знать. По моим расчётам, сейчас вообще должно быть около 8-9 часов утра. Но понять хотя бы какое сейчас время суток не представлялось возможным из-за постоянной ночи.

С каждым шагом этот проклятый материк мне нравился всё меньше. А королева вызывала всё больше отторжения. Я понимаю, что эльфы очень жестокие, но чтобы наложить настолько глобальное и страшное проклятье на свой же собственный дом, заперев в нём врага… Это повод задуматься.

Обсуждать нам ничего не хотелось, хотя вопросов и тем было очень много. Сейчас мы были как никогда близки к финалу. Это был буквально последний рывок. И все страшные события, которые мы пережили, весь проделанный путь, отнятые у тех двоих жизни, разрушенная печать клана, встреча с Мором, взятый в плен Касседи – всё это не будет напрасно.

Всё это будет иметь смысл. Надо лишь дойти.

Неизвестно через сколько, но мы буквально доползли до огромных ворот в Ледяную обитель. Я думаю, что прошло не меньше десяти часов. Пальцы окончательно онемели, холод пробрался сквозь ткани плаща и мех сапог.

Огромные металлические ворота были закрыты, от них, исчезая в ледяной пустыне, шла мощная каменная стена.

А на страже, подобно горгульям, по обе стороны стояло двое монументальных гигантов, высотой чуть меньше самой стены.

Что ж, вот мы и пришли, Рейкона.

— Меня зовут Рейкона де Лагора вторая. Я дочь вашей королевы. Я хочу встретиться со своей матерью.

Лязг, ледяная крошка осыпается у моих ног, и стражи молча скрещивают огромные алебарды перед дверью. Входа нет.

Глава 17

Маялись мы у закрытых ворот очень долго. Уговаривали стражей, приводили аргументы, угрожали. Рика даже сгоряча запустила в одного из них воздушный пульсар.

Толку не было.

И вот, когда на меня уже стало накатывать отчаяние, что всё что мы делали – зря, ворота распахнулись, чтобы явить нам её.

Верхом на белоснежном айраните, укутанная в столь же ослепительно белые меха, с ванильно-белыми волосами и худощавым лицом – королева Хлада, Рейкона де Лагора. Моя родная… мать.

В кристально-голубых глазах застыло равнодушие. И этот безэмоциональный взор был обращён на меня.