Шаг в небо

Постельное белье здесь пахло домом. Да здесь и был мой дом. Родной, в котором всегда ждут. Где никогда не развернут на пороге. Дом.

В эту ночь мне снились светлые и приятные сны.

***

Осколки соберутся вместе в ее руках, решив судьбу. Она пойдёт тропой сложнейшей, чтоб доказать, чтоб стать сильнейшей. Чтобы в глазах цвет неба ночи сменился лазуритом льда. Она лишь до поры одна.

— Ну и что ты устроил, гад!? – Мира Баргон в неистовстве запустила в главного Старейшину хрустальной вазой. Мужчина с лёгкостью перехватил посудину и отпустил её у своих ног, осыпав пол лазурными осколками.

— Не забывай с кем говоришь, Мира. – тон был крайне серьёзным, хоть и по-прежнему спокойным.

— Какого харгера смертной делать в Обители? Кто она вообще такая? Ты всё ещё надеешься вернуть Лизенфелд!? Пойми уже, что это не она. Девчонка даже почти ничего не помнит! Я против! Слышишь меня, бездушная ты льдышка, я против! – женщина уже срывалась на крик, в момент, когда по взмаху руки Лиса у неё перебило дыхание.

— Шестнадцать лет назад ты хотела проверить насколько «она ничего не помнит». Проверила. Благодаря мне ты снова здесь. Иначе – ещё неизвестно сколько пришлось бы тебе пробыть в осколках Амулета. Это был самый бесполезный артефакт, какой ты только могла заказать у фоллар.

— При чём тут мой артефакт? – наконец смогла вдохнуть Мира. Старейшина бросила полный ярости взгляд на Главного.

— При том, что свой ход ты сделала, и потратила его впустую. Теперь ты снова подчиняешься мне. И я хочу, чтобы девочка получила все ответы.

— Это тебе не шахматы, Лис. Ты просто не имеешь права.

— Как главный Старейшина я имею право отдавать приказы. И сейчас мой приказ таков: когда Рейкона придёт сюда за ответами на свои вопросы, ты дашь ей их в полной мере. Что бы она ни спросила. Это ясно? – жёлтые глаза с алой радужкой недобро сверкнули.

— Ясно. – сквозь зубы проговорила женщина. – И с тобой тоже всё ясно, влюблённый придурок.

В помещении резко похолодало. Все окна и двери с грохотом захлопнулись, а магические факелы по стенам дёрнулись и погасли.

— Не забывай, Мира, кому ты дерзишь. – раздалось у самого уха девушки, отчего та дрогнула всем телом. Свежий аромат моря ударил ей в нос, заставляя ноги подкоситься. Белая аура Лиса была настолько сильна, что огненные щиты, которыми прежде окружила себя Мира, пеплом осыпались на мраморную плитку, беря хозяйку в круг.

Через мгновение Лисморгрим покинул комнату, переместившись к себе.