Перерождение. Новые земли

С пламенем пришло тепло, тут же подставила ладони.

‒ Драбаданище, ‒ простучала зубами, обхватив плечи ладонями.

Обернулась на гоблинов, ютящихся в глубине пещеры. Лежат кучкой, греясь друг об дружку, к костру не решились лечь, видно, из-за меня.

Вздрогнув, укуталась в плащ, к сожалению, нисколько не греющий. Я достала из инвентаря остатки вчерашнего мяса и вгрызлась в недожаренный шмат. Жесткое мясо жевала с неохотой, но не время перебирать.

Позавтракав, запивая водой, подметила, что запасы питья на исходе.

Подбросив ещё дров, с неохотой вышла на улицу. Дрожа, как осиновый лист на ветру, я побежала к реке.

Закаляться, говорили мне, нужно закаляться.

Добежав, не останавливая движение, прыгаю на месте. Согревшись, наполнила сотню склянок водой, сгрузив большую часть на склад в комнате.  К пещере возвращалась тем же бегом, гоблины проснулись и активно грелись у костра.

Подождав, пока народ поест и сформирует отряд охотников, примкнула к желающим. Показалось, или зелёные не обрадовались?

В лесу гоблины вели себя уверенно, ступали почти бездумно, кажется, даже пытались читать следы, но выходило не очень.

Я же в лесу, что слон в посудной лавке, под подошвами хрустела каждая ветка. Зелёные кривились, цокали, но терпели.

К слову, как умертвить кису, минимум потрепав шкуру, не придумала, так что возьмём количеством.

Пока шла, не заметила, как наткнулись на древня. Гоблины осторожно пытались пройти мимо незамеченными, я же запустила в тварь стрелы и скастовала руку смерти.

Следом, телекинезом оборвала все корни и ветки, спустив половину маны, но и снесла пять тонн хитов твари.

Вы нанесли урон 1600

Вы нанесли урон 250

Охотники подбежали к мобу, пытаясь пробить кору копьями. Хиты деревяшки в оранжевом. Ещё стрелы, следом кулак. Древень отбросило в ствол дерева, ещё стрелы, последний такт руки и моб издох.

Получен опыт 11 000

Так, весь опыт мне? Ну точно, гоблины же не состоят в группе, так что все лавры убившему.

Лутанула, и мы двинулись дальше, за несколько часов попалось с десяток древней, благо, одиночки.

Но вскоре я заметила на корнях след, точнее царапины когтей. Показала находку, зелёные побледнели и намылились домой, ага, десять раз. Остановив шустрых, потянула за собой. Пыталась идти по следам, получалось скверно, пока не послышался рык.

На широкой ветви лежала она, с светло-зелёной шёрсткой, пылающими янтарем глазами. Раздвоенный хвост хлыстал по крупу, со рта стекала тягучая слюна.