Перерождение. Новые земли

Эти твари… Да как они смеют! Мы ‒ говорящие со Смертью, те, кто правит на костях. Вампиры же всего лишь ограниченная раса. Почему в их взгляде нет и толики страха или почтения?!

‒ Потому что мы ‒ их пища, ‒ хмыкнула Демоненок в мыслях.

Эти слова стали нажатым курком, выпустившим пулю из стального дула. Запястье зудело ‒ зашевелилась Грань, чувствуя мою жажду крови.

В один миг вампир оказался рядом, схватив меня за горло.

‒ Даже не думай, силенок маловато, ‒ прорычал он, обдав лицо дыханием. ‒ А теперь…

Мужчина дернулся и сузил глаза, сильнее сжав пальцы.

Задыхаясь, я пыталась ослабить его хватку, скользя руками по холодной плоти. Мир мутнел, а легкие зажгло огнем. Перед глазами появился циферблат в две минуты, и с каждой утекающей секундой я чувствовала дыхание Смерти, обдавшее затылок холодом.

‒ Бездна, павшие! ‒ зашипел вампир, разжав пальцы.

Упав на руки, я зашлась в кашле, жадно глотая ртом воздух и насыщая горящие легкие кислородом. Пока приходила в себя, не заметила, как исчез вампир.

Не успела отдышаться, в голове зазвенел оглушающе громкий голос. Он давил, пробирался в каждый уголок сознания, сопровождаясь всполохами боли. Не разобрав и слова, я закричала, зажав уши руками.

Вдруг все прекратилось, а в голове, сквозь тягучую боль крутилась лишь одна мысль ‒ уничтожить павших.

Словно не в себе, я встала и на ватных ногах поплелась к выходу. Вроде иду я, но чувствую, кто-то дергает за ниточки. Я не замечала окружения, знала лишь, что иду по коридору в главный зал, вот тут нужно повернуть направо, пройти еще немного и подняться на второй этаж.

Остальные воспоминания обрывочны, словно куски нарезанной киноленты. Комната, богатая, большая, вся в шелках и бархате, но детали ускользают. Там, за шкафом дверь, задекорированная под кирпичную стену, дальше ступеньки во тьму.

Картинка резко сменилась огромным подвалом. Посреди комнаты стоит каменный гроб. Новый кадр: его крышка откинута в сторону, внутри лежит мужчина, скрестив худые руки на груди.

Его лицо осунулось, щеки впали, волосы и вовсе лежат паклей.

Не понимая происходящего, полоснула по запястью появившейся Гранью. Из раны потекла теплая кровь, роняя капли на камень гроба. Слайд и вампир жадно впился в руку, сжимая ее до хруста костей.

Больно, Тьма, как же больно! Но не могу пошевелиться, не могу закричать, лишь стоять и терпеть, пока сознание не ухнуло во мрак.

Я снова оказалась в той темноте, не своей, но и не враждебной.