Кастор Прайд. Хохот шута

- Охотно верю, - глава Гильдии ткачей был одним из богатейших обитателей Тайор Донара и мог позволить себе любую степень щедрости. – И что же он за это хочет?

- Он хочет венец искариара.

Я недоуменно промолчал. Дамми ответил не менее показательным молчанием с оттенком вопроса. Наконец его глаза наполнились привычным раздражением.

- Все время забываю, насколько ты юн, Черный, - взгляд цверга стал почти осуждающим. – Что такое искариар ты хоть знаешь?

- Дерево? – признаться, я был не совсем уверен.

- Это сосна - дерево! – Даминион начинал сердиться.

– Дуб - дерево! А искариар это целый мир! Хотя, - он немного успокоился, - по сути, ты прав. Это дерево. Огромное дерево-лабиринт. И примерно раз в полвека в глубинах этого лабиринта вырастает так называемый венец. Это довольно красивый нарост, обладающий определенными магическими свойствами. И главное из них, - умение продлить даже самую никчемную жизнь.

- И надолго? - честно говоря, я сам крайне заинтересовался вдруг возникшими перспективами.

- Точно не знаю, - Дамми усмехнулся, - но вроде бы не очень. Лет на двадцать.

- Понятно.

Я улыбнулся. Теперь стало ясно, почему самый влиятельный лепрекон Тайор Донара попросил об этой услуге именно Дамми. Для алых цвергов легко добирающихся до порога пятисотлетия, жалкие двадцать лет представляли крайне мало интереса. Чего вряд ли можно было сказать об иных искателях разнообразных видов удачи Великого леса. Вряд ли кто-то из них добровольно бы выпустил подобное сокровище.

- Искариаров в лесу наберется едва ли с десяток, - Даминион продолжал давать необходимые пояснения. - И практически все растут в Шираз Донаре, куда сам понимаешь, сунется только полный дебил, – цверг с усмешкой посмотрел нам меня. - Это я конкретно про искариар, Черный. Там венец станет саваном. Но совсем недавно выяснилось, что один таки растет в пределах Казар Донара, как раз маршах в семи-восьми от Уртан равата. Местные ка-рити об этом, конечно, знали, но видимо не сочли достаточно занимательным для рассказа.

– Дамми сплюнул. – Как только это стало известно, Дорван напряг половину Грандрима, но узнал когда начнется цветение. Месяц назад он сделал мне соответствующее предложение, но я его благополучно послал. Лень было, - пояснил он в ответ на мой чуть осуждающий взгляд. – Но тут вдруг пришел ты и я подумал, что все равно по дороге.

- И долго нам предстоит блуждать в этом лабиринте? - осведомился я, памятуя об отпущенных мне сроках.