Забытые-3: Хранители перемен

Посреди комнатки соткался из снежинок Вьюж – довольный, сияющий, с полной сумкой еды и не менее довольной Вёрткой. Но нас уже таким дурным настроением накрыло, что радости показать не получилось. Безлетный всё понял и требовать благодарности не стал. Отнёс сумку в сторону, дохнул на неё, укрыв ледяной крошкой, и тихо выскользнул из дома.

Зим допил чай и завалился спать. Вёртка вернулась ко мне и с восторгом поведала, что безлетный уже очень-очень даже очень. Я поворочалась с боку на бок, села, прислушалась к нервно-сонному дыханию знающего и сдалась.

Не успокоюсь же, пока не узнаю...

Вьюж лежал в десяти шагах от домика – на спине, раскинув лапы и крылья, любуясь чаротворным солнцем. При моём появлении он перевернулся на живот и принял более подобающую древнему существу позу. Льдистые глаза внимательно уставились на меня.

– Я хочу знать, сколько, – прошептала я и опустилась на колени напротив бывшего странника. – На сколько частей делится безлетный? На сколько осколков распался Стужа? Есть ли они здесь, в пределах? И сможешь ли ты их найти?

Безлетный смешливо прищурился и склонил голову набок.

– Извини, – я виновато улыбнулась. – Конечно, ты даже мысленно общаться пока не можешь... Кивай, если да, хорошо?

Он важно кивнул. Теперь главное – правильно составить вопрос.

– Все безлетные распадаются на одно и то же количество осколков?

Нет.

Плохо...

– Оно от чего-то зависит? Количество?

Да.

Так. От возраста оно зависеть не может, безлетные все из одного десятилетия, если не сказать из одного дня.

– От числа возвращений? – и меня осенило. – Вы именно так и дробите душу? С помощью силы Гиблой тропы?

Вьюж одобрительно кивнул.

– То есть чем чаще возвращаешься, тем больше осколков... – я задумчиво закусила губу. – А ты можешь объяснить, как это... выглядит? Как всё это... происходит? Какая душа главнее? И как осколки связаны между собой? Ты ведь теперь можешь чаровать, да? Изобрази, я пойму.

Очень постараюсь понять.

Безлетный прикрыл глаза, встряхнулся и вспыхнул холодным зимним солнцем.

– Лучи одного солнца, – поняла я. – И здесь – тоже... Все оторванные частички души теряют разум?

Нет, качнул головой Вьюж.

– И думающие чары помогают поддерживать связь и управлять?

Да.

– На сколько частиц мог раздробиться Стужа? Хотя бы примерно?

Безлетный вернулся в прежнюю форму, погас, встал и резко выдохнул.