Пожиратель чудовищ. Том третий "Наставник дезертиров"

Тот факт, что атаковавшие существа, прыгающие со всех сторон и разрезаемые ставшей вдруг очень острой листвой на кусочки, больше походили на богомолов, особой роли не играл.

Редкие счастливчики все-таки умудрялись прорваться через хоровод листвы и тотчас же прыгали, словно кузнечики, на людей, метя в лицо. Оружие против них, понятное дело, не особо помогало.

Нет, если вмазать по подобной цели, размером примерно в пол-ладони, скажем, мечом, от нее останутся лишь рожки, ножки и мандибулы, но по дальним родственникам тараканов, отличающимся изрядной шустростью, ведь еще надо было умудриться попасть! И заодно не приложить своему товарищу тяжелым и острым, ну, в случае булав – тяжелым и тупым предметом по жизненно важному месту, как сделал кто-то из доверенных лиц рыцаря, врезавший своему сюзерену по забралу шестопером.

Пытающееся пролезть в недра шлема существо, уже успевшее где-то потерять примерно половину туловища, но все еще жизнеспособное, конечно, размазал, но и сэр Трегест из процесса управления боем выбыл.

Хотя особой нужды в командовании сейчас, если честно, и не наблюдалось. Строй против наших мелких, но крайне многочисленных противников в принципе бесполезен, какие-либо особые приемы против них тоже вряд ли известны. Нет, ну если, конечно, тренеры солдат не проводили каких-нибудь экзотических тренировок, к примеру, заставляя своих людей охотиться с мечами на мышей. Иных целей, подходящих по размеру к обрушившейся на головы хитиновой напасти, я придумать просто не мог.

Дубина, обвешанная амулетами, давно уже лежала где-то под ногами, а я, выплюнув фальшивые клыки куда подальше, исполнял некий крайне экзотический танец, хлопая по телу руками и ногами, чтобы раздавить агрессора, одновременно сопровождая данные движения атаками пробивших меховую одежду в паре десятков мест щупалец по стайному подвиду богомолов. Хищные отростки насекомых исправно поедали, за счет скорости и ловкости движений причиняя нападающим больший урон, чем весь остальной отряд, за исключением Симоны, однако же мой симбионт-паразит остался о предложенном ему блюде крайне низкого мнения.

Пришедший от него мыслеобраз сообщал одновременно об испорченности магией плоти пожираемых им созданий и об их пусть и малой, но токсичности. Яд, благодаря сверхъестественному способу живого артефакта усваивать добычу, в наш общий организм почти не попадал, но именно «почти», еще несколько минут такого боя, и начнут проявляться неприятные последствия.