Рождённые магией

На самом же деле, если бы не его показные казни и кровавые расправы с вывешиванием над дорогами трупов, с расставленными по обочине кольями с нанизанными на них человеческими головами, Валахия давно бы сгинула. Дракула сам распространял слухи о том, что пил кровь своих ещё пока живых врагов, месяцами пытал их лично и ещё многое другое, на что только фантазии хватало. На самом деле, властелин Валахии не любил всего этого. Мало того, что он ненавидел убивать, хотя по долгу службы и ради самой жизни его родины, это приходилось совершать и довольно часто, так ещё и его собственный народ боялся его, словно тот был демоном.

Его уши были везде, даже в храме, и Влад всё слышал и понимал. Внешняя угроза была столь велика, что он перестарался. Свой народ Дракула тоже не щадил. Устраивал публичные казни преступников, отрезал прилюдно руки по локти ворам, топил в реке лгунов. Кстати, ложь граф более всего не переносил. Сидя в своём кабинете, Влад перебирал в голове события его жизни. Как до всего этого могло дойти? Можно было найти много причин, граничащих с оправданием, но одно известно точно – проблема никуда не делась, он всё так же слаб.

Граф с тоской наблюдал, как к его дому, который отнюдь не был замком, стекались простые жители. Он всё думал о том, что если уничтожит этих людей, разумы которых отравили инквизиторы и страх, который своими действиями вызвал сам Дракула, кем ему управлять? Кого защищать? Они верили в Бога, которого восхваляла католическая церковь, и в ведьм, прямых врагов человечества.

Во главе шествия по грязным улицам маршировали инквизиторы, с рясами серого цвета и грязными полами.

«Это конец?» — подумал Влад. Они считали его демоном, который нёс смерть и разрушение в этот мир, и Дракула, правда, хотел выглядеть так. Но он так же знал истинную причину бунта. Его враги организовали всё это, подстрекая жителей графства на измену, в то же время «зима спросит за то, что делал летом». Возможно, он допустил ошибку. И вот теперь приходилось нести ответственность.

Влад вздохнул и вышел из дома. Недалеко от его простого каменного дома возвышался родительский замок, в котором ему никогда не было уютно. Кому понравится жить в мрачном музее, посвящённом своим родичам?

— Дракула! — взревела толпа. — Чудовище!

Бесновавшиеся люди кричали, надрывая глотки. В их глазах плескалось безумие заведённой толпы, а ненависть, казалось, ощущалась физически, уплотняя прохладный воздух поздней осени.