Рождённые магией

Возможно, всё гениальное просто, и если Дракула, который держит в страхе всех силковцев, на это не способен, то о чём это говорит? Хочет ли он сам отсюда выбраться? Или мы тут как мышки в клетке с кошкой, которую всё устраивает в сложившейся ситуации? Хотя тут было солнце, всё лучше, чем ничего, без него было бы совсем тоскливо.

Мы снова двинулись, медленно обходя ямы. Сейчас была небольшая пауза, и обе стороны могли передохнуть. Несмотря на то, что Шаалы могли полностью копировать человека, у них всё же была выявлена одна слабость, которую обнаружили аналитики.

Так как мир Эргест является местом обитания нежити, то каждый Шаал носил в себе искру некромантии, хотя и тщательно скрываемую, и потому каждого из прибывших с поля боя тщательно досматривал дежурный некрос. В общем, даже если Степан окажется врагом, то его выявят и уничтожат, другое дело, что он может натворить до того. И тут я забеспокоился, перспектива того, что на моей шее рука полудохлого доппельгангера – не радовала. Но что я могу сделать? Как проверить его?

— Степан, — сказал я.

— Прежде чем мы доберёмся до лагеря, я должен проверить тебя. Сам понимаешь, с кем воюем! Уж не обессудь!

— Да всё понимаю, брат. Только как ты собрался это провернуть? Ты ж не некромансер? Или как?

— Да упаси бог! — сказал я, осторожно опуская раненого на землю. — Тут нам, индивидуалам, выдали артефакт, вот им и проверю.

Я отошёл на несколько шагов от своего спутника и вытащил из кармана смартфон.

На другое у меня фантазии не хватило, да и не было ничего с собой, что могло бы сойти за артефакт.

Я включил камеру и направил на Степана. На самом деле, хотел проверить не его самообладание – маловероятно, что он мог бы выдать себя столь глупой провокацией. Совсем нет. Я ведь маг среднего уровня, индивидуал-универсал, у меня точно должны быть способности к некромантии, только вот никто меня ей не обучал от слова «совсем». Слишком уж специфичная магия, и если у стихий примерно одинаковый способ использования, то здесь всё было совершенно иначе.

Не сложнее, просто по-другому. И потому, не найдя ничего другого, я просто сконцентрировался и изо всех сил пожелал увидеть нежить, если таковая имелась передо мной.

— Долго ещё? Я тут и помереть могу, — пожаловался Степан. Как бы я ни силился, ничего не происходило. Либо Степан – это действительно человек, либо я всё делаю не так. Ладно, оставить его и, правда, так нельзя.