Торнан. Книга I. Повеление богини

Он вспомнил, что было время, когда эта женщина весьма любила одно занятие —усевшись к нему на колени в чем мать родила и нежно обхватив его за шею,

«поиграть в слова» — придумывать новые названия для того, чем они занимались прошедшей ночью...

Видимо, выражение лица его выдало.

— Ты меня слушаешь? — резко оборвав рассказ, спросила Аниза.

— Слушаю, — кивнул Торнан.

— И что скажешь?

— Что скажу? — осклабился он. — Скажу, что неправильно живу. Взять хоть наших с тобой знакомых по западному побережью. Грудд — на дочери капитана сиюмского порта женился.

Серхан — тот уже второй корабль

покупает. Кешт Сухорукий — трактир открыл. Ты вот в жрицы вышла. Один я, дурень, как махал железками, так и машу. Надо бы и мне научиться так хорошо сказки рассказывать, как ты... Глядишь, и был бы толк.

Похоже, такой реакции его собеседница не ожидала.

— Торнан, ты, похоже, не понимаешь, насколько все серьезно, — умоляюще сжала руки Аниза. — Знаешь ли ты, что написано в священных книгах? В книге Т’Зиан, в книге Айгана, в свитках тормейских предсказателей, в

пророчествах Магура, в конце концов.

.. Пойми — везде говорится о том, что Тьма не повержена, не уничтожена, а лишь затаилась. И она вновь вернется спустя двадцать тысяч лун. Все дружно поминают эти двадцать

тысяч лун! Двадцать тысяч лун — полторы тысячи лет. Они уже прошли, Торнан... Понимаешь — прошли?

— Я это все понимаю, уважаемая, — пожал Торнан плечами. — Сам любил сказки в детстве. Но мои ребята и не такое рассказывали — зимой, когда делать нечего, только байки у очага травить.

Под добрую бражку. Я ведь

не первый год живу — наслушался и про волшебные острова, и про заколдованные замки, и про мечи-кладенцы. Сам когда еще сопляком был, три луны в зимбаррских джунглях доспехи бога искал, чуть крокодилы не

съели! Так ведь мы туда не по своему хотению поперлись, князь Кумой нас нанял...

— Но послушай...

— Нет, ты послушай меня, уважаемая. Ты, Аниза, конечно, не дура, только вот за всю жизнь нигде, кроме Сиркаса да Килльдарга, пожалуй что и не бывала.

А я по свету побродил, как тебе и не снилось, даром что я помоложе. Так вот, самый сильный маг, которого я видел, мог разве что вызвать дождь, а перед этим полдня пыхтел, надувался и бил в бубен похлеще скомороха.

Подозреваю, богу дождя, или кто там сидел в небе, просто надоело до чертиков слушать его завывания! А вот еще — был у норглингов такой шаман, Эгри Головотяп. Он, говорят, амулеты делал надежные — от стрелы,

меча и секиры.