Торнан. Книга I. Повеление богини

Что ж, похвально, — она справилась с собой. — Правда, твоя вера не помешала тебе поступить на службу к Борову, который был главой самой знаменитой шайки убийц и грабителей Килльдарга за последние двадцать лет. Ты очень быстро вошел в фавор у означенного Борова и стал при нем личным чародеем, лекарем и штатным изготовителем ядов. Я права?

— Ну, кто-то должен исцелять и воров, — передернул фомор плечами. — А что до отравы, то она предназначалась только для сторожевых псов.

— Знаю, и только поэтому ты пока не на виселице.

Кстати, ты же прирожденный шаман, неужели не мог зачаровать собачек?

— Ну да, — нахмурился фомор. — Этих зачаруешь! Эта ваша килльдарская черная сторожевая — не зверь, а настоящая нечисть! Противная богам тварь!

Определенно, их вывели черные маги — без них не обошлось. Думаете, я не знаю, что к ним собственные дрессировщики входят только в кольчугах?

И вновь жрица кивнула. Из семнадцати псов, отравленных ядами этого человечка

не было ни одного нормального.

— Тем не менее, — продолжила она, — ты стал настолько знаменитым, что тебя пригласил на работу сам Суун, чтобы ты помог обчистить ювелирное заведение купеческой семьи Мугов.

И ты сумел обезвредить не только псов,

но и змей, которые сторожили лавку... Да не абы каких а пятнистых пифонов!

— Да! И Суун остался мне должен за эту работу! — с болью в голосе бросил узник.

Ограбление лавки богатейших ювелиров Килльдарга должно было стать его последним делом, ибо как раз обещанной суммы ему не хватало для того, чтобы наконец завязать с темными делами и начать осуществлять свою

заветную мечту.

.. Но, увы — знаменитого бандита вместе с половиной шайки прикончили стражники, прежде чем он расплатился.

— Также ты, пользуясь своими умениями, склонял к сожительству честных девушек различных сословий, — продолжила Аниза. — Сколько их было —двадцать, тридцать? Больше?

— Осмелюсь сказать, высокая повелительница, что доподлинных девиц среди них было лишь две, — вставил арестант.

— Вот как? — жрица приподняла брови. — Ты предпочитаешь опытных женщин? — На губах ее возникла многозначительная улыбка.

— Дело в том, уважаемая, что невинную девушку почти невозможно склонить к тому, чего она не знает. Как я, скажите на милость, смогу пробудить в ней страсть и воспоминания о пережитой сладости, если она этого еще не

испытывала?

— Но двух-то ты обломал? Темнишь, братец, — бросила Аниза.

— Те две были уже перезрелыми, — вздохнул чародей. — Совсем, бедняжки, истомились в своем никчемном целомудрии...