Торнан. Книга I. Повеление богини

Перехватив его взгляд, Аниза приглашающе похлопала

ладонью рядом с собой. Но все же не совсем рядом. Он сел — ровно там,

где она указала: не дальше и не ближе.

— Ты, наверное, хочешь знать, как идет подготовка к походу? — начал он.

— Нет, я доверяю тебе — ты ведь более опытен в таких делах. Если только

тебе не хватает денег...

— Нет, спасибо, золота достаточно.

— А сама затея у тебя не вызывает сомнений?

— Теперь уже поздно что-то менять... — пожал он плечами. — Хуже нет

бросать начатое дело и все переигрывать.

После раздумий над ситуацией он предложил способ избежать возможного

постороннего внимания. Они отправятся как бы не за жезлом, а с

поручением в один из окраинных храмов Тиамат. Посол из числа храмовых

воинов с двумя сопровождающими — мелким иеродулом-лекарем и

телохранителем-наемником — не должен вызвать подозрений ни у кого,

включая служителей храмов: Аниза и ее неназванные друзья предполагали,

что у их неведомого противника могут быть глаза и уши и среди жрецов

Тиамат.

гостеприимством храмовых подворий по пути и категорически не извещать о

себе служителей богини в тех местах, где будут искать жезл.

— А с Мариссой у тебя как отношения? — осведомилась она

— Благополучно, слава богам, — сообщил Торнан. — Она говорит, что хоть

завтра готова в поход.

— Да знаю уж, она всегда готова... — непонятно бросила жрица.

— А я и не знал, что у тебя есть племянница, — сообщил он зачем-то.

— А я ее вам и не показывала, — пожала она плечами. — Сам должен

понимать, почему. Да и вообще: она тогда в жреческой школе училась, а я

кто была? Вот, думала, вырастет, станет Повелительницей Алтарей, а вон

как получилось... — Застарелая печаль прозвучала в ее голосе.

Повисло молчание. Торнан поднялся, шагнув к двери.

— Погоди...

— Есть еще что-то?

— Да так... Сущая мелочь...

Аниза встала, и ее руки поднялись к застежкам платья.

справились с фибулами. Быстрое движение плеч, и платье соскользнуло на

ковер.

— Ты знаешь, что делать дальше? — спросила она.

***

Аниза, набрав в пригоршню воды, плеснула себе на великолепную грудь.

На шее у нее было жемчужное ожерелье с рубиновой подвеской, покоящейся в

глубокой ложбине между ее грудей, которые были такими же впечатляющими,

как в дни их первого знакомства. Больше ее тело не было прикрыто ничем.