Торнан. Книга I. Повеление богини

Изящно

очерченный овал лица, с узким прямым носом, чувственным ртом и большими,

яркими глазами под пушистыми бровями. Безукоризненная кожа, гладкая и

упругая. На пальцах сверкали дорогие кольца. А на шее висела, блестя

каменьями, жреческая пектораль.

— Ну и что это за маскарад, киса? — он указал на пышное одеяние.

— Это не маскарад, — с прохладцей уточнила гостья. — Я действительно

теперь жрица Великой Матери пятого ранга.

— Ну хоть не Митры...

— Прекрати, — отмахнулась Аниза.

та, кого ты знал когда-то...

— А кто же ты?

— Я проректор Дискалионской школы. Слышал про такую?

— Ага... — кивнул Торнан, многозначительно улыбаясь. — Выходит, не

оставил тебя милостями тот брюхоногий настоятель... Понимаю, чего тут не

понимать? Правда, ты вроде еще молодая, рано тебе шлюх обучать. Обычно

этим те из вас занимаются, кто уже работать не может.

— Не смей так говорить! — вспыхнула Аниза.

только в одном смысле! Да знаешь ли ты, что в Дискалионе почитают за

честь учиться девушки из самых знатных семей?!

— Да я разве спорю? — примирительно сказал Торнан. — Среди знатных тоже

шлюхи попадаются будь здоров.

— Все, не хочу с тобой говорить! — замахала руками его старая

знакомая. — Постыдился бы — не меня, так хоть Великой Матери.

— Верно, тебя стыдиться мне нечего. Мы друг друга знаем лучше некуда.

Аниза помотала головой, небрежно садясь на колченогий табурет.

— Котик, неужели ты решил, что я приперлась к тебе сюда, потому что мне

не с кем спать? Давай забудем — хотя бы на время — прошлое и поговорим о

настоящем. Тут она словно в первый раз заметила миску с недоеденной

похлебкой, брезгливо принюхалась.

— Понимаю, — кивнула она. — То-то я

смотрю, ты сердитый такой! Известное дело — прежде чем заставить мужика

трудиться, его нужно покормить.

Не прошло и десяти минут, как тюремщики, не забывая кланяться в сторону

Анизы, расставляли на дощатом столе блюда и кубки, за которыми было

послано в ближайший трактир.

Торнан не заставил себя уговаривать. В два-три больших глотка выхлебав

сразу полкувшина легкого вина, он пододвинул к себе блюдо с молочным

поросенком. Мясо было приготовлено просто чудесно, а подливка из

душистых кореньев заставила его довольно причмокнуть.