Торнан. Книга I. Повеление богини

Вообще-то Торнан давно знал, что нравы при дворе всегда свободнее тех,

что приняты в народе, во всяком случае, там, где речь идет об

разнообразных удовольствиях. Но когда Тейя, едва представившись, встала

перед ним на колени и пустила в дело свои полные губки, то той частью

ума, что не была поглощена наслаждением, северянин удивился.

— Торнан, ты опять о чем-то задумался? — с обиженной гримаской сказала

Энна, опрокинув его на спину и нависнув над ним. Ее полный бюст призывно

колыхался.

Хихикая, как маленькая девочка, она накрыла ладошкой его мужское

достоинство.

Торнан протянул руку к груди Энны. Она лишь что-то проворковала, не

отрываясь от своего основного занятия. Теперь в ход пошел ее язычок.

— Продолжай, — прошептал он.

Она тихонько завизжала, когда он провел по ее упругим от желания соскам.

— Да! Да... Теперь ты! Ну, я сейчас помру! Возьми меня! Не так — сзади!

Пальцы Торнана стиснули ее ягодицы.

Энна тихо повизгивала, видать, совершенно одурев от удовольствия.

Торнана все же были хорошие наставницы. Губы отыскивали губы, руки и

ноги переплетались... И снова сплетались и расплетались. И еще... И еще...

— Торнан! — пискнула Энна, когда наступила очередная передышка. —

Слушай, а зачем тебе все это? Бросай ты эту службу — переходи ко мне!

Давай, соглашайся, — она пихнула его кулачком под ребра. — Мой муж как

раз говорит, что мне нужен хороший телохранитель! Будешь нас в лес

сопровождать на прогулку — свежий лесной воздух полезен для здоровья! —

Обе подруги захихикали.

— А муж точно не будет против? — спросил Торнан, кладя голову на колени

Тейи.

— Да нет, он у меня дурачок — сам в женщинах не понимает и думает, что и

я такая же холодная! Ему же лучше! — хихикнула Энна. — Он вот сына хочет

— так ему же лучше: отцом его наследника будет не какой-то толстозадый

писец с геморроем, а настоящий мужчина!

И они залились радостным долгим смехом, катаясь по обширной постели.

«Девчонки сопливые! Интересно, мозги у них есть? Хоть немного?»

И в самом деле: Энне было двадцать четыре, Тейе — все двадцать пять. Обе

были уже не первый год замужними дамами и хозяйками домов, у обеих были

дети — у Энны дочка трех лет, у Тейи — мальчик и девочка. Но в том, что

касается здравого ума, даже Марисса в свои неполные двадцать три года

могла дать им сто очков вперед.