Полночная звезда

— А парень, оказывается, умеет сдерживать свой норов, — тихо заметил Рамар. — Видимо, колдуны действительно могучи.

Ногарец жестом велел людям сложить поклажу у стены. После этого колдун так же, ни слова не говоря, жестом дал понять, что аудиенция закончена. Однако Иллир не спешил уходить.

— Прости, великий, но среди пленниц я видел девушку, предназначенную в жены моему отцу. Прошу отдать ее мне.

Капюшон чуть приподнялся. Колдун, казалось, удивился дерзкой просьбе. Впервые он заговорил. Голос мага был ровный и глухой, лишенный всяких интонаций, он словно шел из могилы.

— Каждое столетие Уммот-Чохт выходит на поверхность из недр Амунхира и получает в жертву сто девушек. В эту ночь он выйдет снова и возьмет то, что ему причитается. Твоему отцу придется найти другую невесту. Уходите.

Но Иллир словно забыл, где находится и с кем разговаривает. Его дерзкий характер и здесь проявился в полной мере.

— Амунхир многим обязан нашему клану, мы всегда поддерживали вашу общину. И мы имеем право на небольшую уступку с вашей стороны.

Колдун сбросил капюшон. Люди в ужасе отшатнулись. Ногарец и в самом деле был похож на выходца из царства мертвых. Он словно высох от времени. Желтая пергаментная кожа обтягивала череп древнего мага, черные прогнившие зубы виднелись из безгубого рта. За века бессмертия уши старца превратились в сморщенные бесформенные комочки. Глаза амунхирского колдуна, лишенные зрачков, пылали красным огнем.

— Презренный червь, — произнес колдун. — Ты осмелился претендовать на собственность владыки Амунхира.

За это ты сам станешь его собственностью. Получи же.

Огненный взгляд ногарца впился в глаза Иллира. Руки юноши безвольно повисли вдоль тела, лицо приняло тупое выражение.

— Колдун забирает его душу, — прошептал Джам, сам дрожа от страха.

Когда Иллир превратился в жалкую трепещущую куклу, лишенную воли, колдун приказал хингарцам:

— Забирайте эту пустую оболочку и убирайтесь отсюда, пока не разделили его участь.

Люди не посмели перечить жуткому бессмертному существу.

Рамар схватил своего спутника за руку и увлек за собой в первый зал, где томились за решеткой девушки, предназначенные в жертву амунхирскому божеству. Едва они спрятались за выступом скалы, мимо пробежали перепуганные хингарцы, тащившие с собой своего предводителя. Как только они скрылись из вида, Рамар сказал:

— Надо освободить пленниц и убираться отсюда.

Его спутник подбежал к решетке и позвал:

— Джаля! Ты здесь?

— Джам! — воскликнула девушка, узнав любимого.