Торнан. Книга II Последнее звено.

Ставили мы тогда как раз силки на глухарей осенних –по осени-то глухаря ловить самое оно будет. Так вот –и вышли мы к тому Кургану, пусть его боги сроют до основанья. Прикинул тогда отец мой, что люди там ходят редко, место недоброе, а стало быть птица непуганая.

И от – только мы к тому холму треклятому, прыщу земляному вышли, только передохнуть устроились, поснидать что собой взяли, так и началось!

–Дед, что началось-то? – подался вперед Жарн.

А то и началось, про что ты говорил! Как ураган налетел – враз грохот, визги, гром –как в бурю, чисто!

Только была то не буря, а самая что ни на есть битва –потому как люди орали, да кони ржали тож.

Но сверх того и бухало что-то, и трещало как барабаны, и…

Старик сложил корявые пальцы в знак против зла.

–Мы уж и бежать не могли –лежали, башку руками прикрыв: как нас страх-то взял!

А еще ревели чудища, и кто-то выл в небесах, как будто летали там драконы какие, громко крича –и крик их был, скажу вам, не похож на крик любой из живых тварей.

И хоть невидно было никого, хоть и призраков даже, но от того легче не было.

И еще слышалось такое, как будто лязгало тяжелое железо, словно бегали там одетые в брони исполины.

Мы с отцом так и лежали ни живы ни мертвы, пока грохот и гром не стихли.

А потом нашли в том месте странную вещь –видать, так же прилетевшую из страны духов, как твое копье, Жарн.

И было то видать оружие, хотя и не понять мне, что за оружие то было, и для чьих рук, ежели вообще для рук.

–Это как? –почесал затылок стражник, не представляя – как может быть оружие не для рук?

–Помню я уже не так хорошо, но скажу – пояснил дед Мурсо, –что сперва приняли мы его за стальную дубинку, хоть и непонятной формы. Однако ж потом разглядел мой отец, что скорее уж то был арбалет, хоть и не было там ни дуги, ни тетивы, арбалету полагающейся. Зато имелся ремень из доброй кожи, на каком как раз тогда стали самострелы носить, и крючок спусковой на рукояти.

А еще была на этой штуке другая штука занятная – сзади приклад имелся, как лет через двадцать стали делать.

–Эх, не поняли мы тогда, –вздохнул старик, – а могли бы ведь озолотиться: уж какие ухватистые арбалеты делать стали как до приклада додумались!

–А где ж теперь эта ваша железяка? – спросил кто-то.

–Да отец мой, думал сперва снести ее в город, к жрецам.