Монах с гитарой-1. Адаптант.

Что же ты делаешь с  НПС, моя Харизма?!

Больше на поле было нечего делать, и я в сопровождении многочисленных поклонников, также направляюсь в сторону городских ворот. Собравшиеся стремительно расходятся, кроме небольшой группы игроков, стоявших на краю поля, как раз на пути моего следования. Среди них замечаю оскорбленную физиономию, недавно пострадавшего Эмиля и справедливо предполагаю, что это его поддержка, и сейчас меня будут бить. Подходя ближе, я уже готов выдернуть гитару из чехла и звонить в колокола, вызывая своих жадин.

Однако стоявшие рядом с Эмилем пока не проявляют никаких признаков агрессии.

– Можно вас на минутку? – спрашивает меня, вышедший немного вперед, паладин сорок второго уровня в сверкающих доспехах цвета авокадо с золотым узором по всей броне.

Всё же останавливаюсь и смотрю на него воросительно. Паладин продолжает удивлять своей непосредственностью:

– Я, Вольдемаар!  – нараспев, представляется паладин. – Считайте, что я представляю сейчас клан "Матёрые".

Я хочу сделать вам предложение.

Жду продолжения и паладин задаёт неожиданный вопрос:

– Не желаете присоединиться к нашему клану?

Даже так? Мои победы не прошли незамеченными для общественности. Да и трудно было ожидать отсутствие внимания со стороны серьезных кланов, иначе бы эти кланы не занимали такие высокие места в игровых рейтингах. С другой стороны, я ещё не совсем разобрался во всех игровых моментах, и совсем не собирался совершать какие-то резкие и необдуманные поступки, какими бы заманчивыми не выглядели предложения.

Поэтому, я вежливо отказываюсь, сославшись на занятость.

– Посмотрите-ка на него! – встревает в разговор Эмиль. – Он ещё чего-то думает!

Паладин бесцеремонно одёргивает зарвавшегося Эмиля и неожиданно произносит:

– Продайте Гитару!

Вот как! Без затей, прямо и откровенно, не в бровь, а в глаз! То, что  гитара-то, не простая, об этом многие догадались. В том числе и опытный Вольдемаар.

Продавать гитару я не хочу, даже если бы и смог.

Поэтому, чтобы и в будущем подобный вопрос не поднимался, по-честному признаюсь:

– Она не продаётся. И дело совсем не в том, что я не хочу её продавать. Она не продаётся, потому что не продаётся.  Её нельзя продать.

Паладин, кажется, понял, о чём я говорю, чем подтвердил статус опытного игрока, но все равно с нескрываемым разочарованием кивнул и напомнил:

– Если вдруг надумаешь вступить в наш клан, дай только знать!

Расстались вроде как порядочные люди.