Монах с гитарой-1. Адаптант.

Три раза я позволял себе передышку, во время которой занимался распределением полученных очков характеристик и умений. Пришлось даже призадуматься.

Если подходить к распределению с учётом того, что у моего перса два класса, причём с разными потребностями, то получается следующая картина. Для барда-хиллера важны Интеллект, Ловкость, Восприятие. Для монаха-рукопашника необходимы Сила, Ловкость, Ярость. Выносливость, от которой напрямую зависит уровень Здоровья, хоть и в разной степени, важна для всех классов.

Все характеристики моего персонажа неплохо повышались за счёт роста привязанных к ним навыков. Но, это в общем. Необходимо было выбрать такие характеристики, которые были полезны для обоих классов.

Поэтому основной упор я сделал на Выносливость и Интеллект. Первую из них поднял на шесть единиц, вторую на пять. Оставшиеся пять очков распределил в отстающую Выносливость.

А наиболее перспективными на будущее всё же наметил Интеллект и Выносливость.

Двадцать четыре заработанных очка умений распределил следующим образом.

Так как лучшая оборона, это нападение, то в первую очередь были увеличены Боевой Звук, Сквозняк (Гуляющий Ветер) и Дебют Дилетанта. Каждое вложенное очко умений увеличивало показатель на пять единиц. Оставшиеся очки умений были вложены в обе "лечилки" и в Щит Веры.

Раскидав все очки, готовлюсь к новым столкновениям. Однако, после получения мной и моими питомцами последних уровней, мобы на этом участке леса перестали агриться на меня и моих петов, и спешили поскорее спастись бегством.

Делать здесь стало нечего. Нужно было двигаться дальше.

Но, тут снова сработал закон подлости, который никто не отменял. Желудок предательски взвыл, давая понять об обострившемся чувстве голода. Голод я утолил приевшимся уже хлебом, но вместе с голодом прошёл и безоглядный кураж. Словно очнувшись от наваждения, бессмысленно смотрю прямо перед собой и вспоминаю, что надо спешить к отшельнику Даниамину.

На поляну отшельника, въезжаю в хорошем настроении, и с чувством приятной усталости.

Свернув своих "жадин" в амулеты, спускаюсь в грот, и почти сразу слух улавливает подозрительно-знакомые звуки. Пройдя ещё немного, с досадой морщусь на усилившийся рокот. Отшельник Даниамин храпит так, как может храпеть человек, с абсолютно чистой совестью. Мне снова приходится долго трясти и раскачивать гроб, постоянно борясь с искушением перевернуть его совсем, пока, в конце концов, Отшельник не просыпается.