Царетворец. Волчий пастырь. Книга пятая

Очень уж держащиеся в задних рядах бесы, приличная их группа, были похожи на людей. Просто кожа красноватая, но я не мог даже заметить детали, которые выделяли бы их принадлежность к демонической расе - люди и люди, радужки глаз только красные. Но все это я заметил мельком - человекоподобные демоны тоже приземлились на колени в массе остальных

- Значит, показалось, - миролюбиво покачал я головой, отбросил от себя взвизгнувшего беса, не понимавшего еще что остался жив. Сам я развернулся и быстрым шагом направился обратно, к Пантеону - где Дьявол по-прежнему безуспешно пытался гоняться за Филиппой.

Эта часть площади уже напоминала поле напряженного и упорного магического боя - где столкнулись владеющие стихией ветра, земли и огня. Глубокие воронки, развалины колоннады и фасада Пантеона, разлитые лужи адского пламени, столпы огня и летящая во всем стороны брусчатка мостовой.

Дьявол уже пришел в неконтролируемое бешенство, в клокочущей ярости метаясь по сторонам. Он то пытался погнаться за беспокоящей его ударами плетки Филиппой, которая уже оставила на его туше не менее десятка шрамов, то гнался за фантомами - уже иллюзиями и моими и баронессы.

Которые, сохраняя показательный безмятежный вид, маячили перед ревущим Дьяволом. И монстр, раз за разом пытаясь расплющить и разорвать наглых противников ударами когтистых лап, бил и бил по рассыпающимся дымом фигуркам ведьмочки. Сопровождая каждый удар громким яростным ревом.

Просто прелестно, что нам попался именно такой противник.

Большой, сильный и тупой. Даже парочка ламий испугали бы меня больше, заставив нервничать гораздо сильнее. Кстати самих ламий видно не было - они в схватку просто не вмешивались. Правильно не вмешивались - вернее, правильно им Доминика команды не давала.

Дьявол между тем, уже сходя с ума от злости, ударил в очередной сразу двумя лапами, оставив в месте удара глубокую воронку. Сила удара его была такова, что на площади прогремел взрыв, мостовую под ногами тряхнуло.

Сам же Дьявол частично в созданную ударом воронку и съехал, сейчас заелозив на осыпающемся склоне в неуклюжих попытках выбраться.

В этот момент метнулась плетка Филиппы - обмотавшись вокруг одного из длинных рогов монстра. Почувствовавший это Дьявол резко взвился, буквально выпрыгнул из воронки, куда соскальзывал. Видимо, рога для него - нечто сакральное в понимании, и ему очень не понравилось столь небрежное с ними обращение.