Дорога грешников

И держись увереннее, хватит уже бояться всего подряд!

И вновь лишь утвердительно кивнув на эту тираду, я пошла вслед за Мати, стараясь расправить плечи и смотреть вперед, убрав с лица опасливое выражение, хотя не думаю что это получилось у меня хорошо.

Мати поднялась по ступенькам, которые жалостливо скрипели даже под её и моим невеликим весом, открыла одну створку двустворчатой двери - покосившуюся и явно давно никем не смазываемую, поскольку скрип от нее был достаточно громким.

Внутри было довольно просторное помещение, заставленное столами и скамейками, но запах был такой, что мне сразу на память пришел оскверненный волк - тошнотворная смесь мужского пота, пива, вперемешку с запахом секса и солоноватым привкусом крови - не знаю откуда, но последнее я ощутила очень отчетливо, и в общей своей массе он напоминал собой вонь от гниющего мертвого монстра, что едва не убил меня вчера.

Я бывала раньше в постоялых дворах, и большинство из них ничем не отличались от этого, а некоторые были и куда хуже - но отчего-то, сравнивая свои ощущения в прошлом и сейчас, именно в этот раз я испытывала чувство отвращения от того, что я находилась в этом омерзительном месте, особенно глянув в сторону, где у окна под свист и улюлюканье толпы грязных мужиков в кольчуге и с приспущенными штанами - видимо, местная стража - какой-то другой стражник сношал местную служанку, стоя к нам спиной - лица ее я не видела, но слышала ее вымученные крики удовольствия - явно ненастоящие, поскольку толпа только подначивала ее кричать громче и сильнее.

Большая часть посетителей была занята этим зрелищем, благодаря чему на нас почти не обратили внимания, чем Мати и воспользовалась, быстрыми шагами подойдя к стойке и ударив по ней ладонью, привлекая к себе внимание увлеченного представлением низкого и жирного хозяина гостиницы, рылом напоминавшего свинью, который даже не обратил внимания на вошедших посетителей.

- Хочу снять комнату и заказать еды. Сколько?

Грубо и отрывисто сказала Мати, глядя ему прямо в глаза - будучи сама достаточно высокой, она была значительно выше низенького мужчины, который недовольно отвлекся от зрелища и поднял на стойку руку, которую он держал под столом.