История бойца-барьера

«Ресёрч Индастриз» решил окончательно разобраться с проблемой дезертиров, поскольку мы услышали громкую канонаду артиллерийских залпов, уничтоживших особняк подчистую.

Стражи вели нас к проходу, снаряды позади начали взрываться вслед за нами.

– Пеленгуют по радиопередатчикам, сбрасывайте все переговорные устройства.

Мы подбежали прямо к густым зарослям и остановились. У меня в голове сильно гудело, перед глазами поплыло, я перестал соображать, что происходит. Дэшэн подошёл ко мне и отвесил мне мощную оплеуху, приведя в сознание.

– Сергей, не время расслабляться, нужна твоя помощь. Сконцентрируйся на проходе. Нам нужно пройти по нему, но только способности барьера помогут не попасть в потоки. Веди нас.

Только сейчас я увидел лёгкую дымку, сковывающую лес ровной полосой. Там, где она заканчивалась, лес остановился, будто намеренно срезанный просекой. Сосредоточившись на ней, я попал в стазис, но мощная головная боль вышвырнула меня обратно. На глаза накатились слёзы.

– Не могу, не пускает.

– И что нам теперь делать?! Мы тут все сдохнем сейчас.

На выручку неожиданно пришёл Дружок. Он бросился к лесной чаще, в направлении, известном только ему, остановился прямо перед лесом, повернулся к нам и начал громко лаять, призывая отправиться за ним. Потанин рванул к нему, протянул руки к лесу, а мы все наблюдали за его действиями. Тот зашёл в чащу, исчез на какое-то время из вида и вернулся обратно.

– Пойдёмте, видимо, пёс чует проход. Быстрее, быстрее!

Группа отправилась вслед за дружком и Потаниным.

Голова ужасно болела, я опирался на плечо Дымова. И шёл прямо к обелиску. В какой-то момент, я даже думал, что потеряю сознание, но тут ко мне подошёл Дэшэн, подхватил с другой стороны и, шагая, начал мне пояснять.

– Твой организм сопротивляется слишком большому потоку обелисковой энергии, ты должен расслабиться, иначе будет хуже. Кроме того, ты барьер, что накладывает дополнительную нагрузку. Доверься нам, дай потоку пройти сквозь себя и не сопротивляйся.

– Ли, я не могу.

Мне кажется, я сейчас усну.

После этих слов, я начал терять сознание. Глаза сами собой закрылись, и я вырубился. Я не почувствовал, как друзья подхватили меня, не видел, как соорудили носилки из окружающих ветвей и понесли сквозь чащу. Как рассказали мне позже, когда я очнулся, они пронесли меня прямо до изваяния, успели расположиться неподалёку и обсудить наше положение. А оно было очень плохим. Мы попали в ловушку, ловко расставленную нашими же товарищами.